Или – компрометирующие диагнозы. Или – свидетельства о смерти…
– Вряд ли в студенческой поликлинике лечили по-настоящему серьезные болезни, – задумчиво протянула Надя.
– Согласен. Но мы же можем найти в медкартах направление. Скажем, в психушку? Или – в питерский Склиф?.. Все, Надюха, хватит базарить. Погнали!
* * *Санкт-Петербургский технический университет располагался на Васильевском острове. Там же – общаги и студенческая поликлиника. Надя с Димой отправились туда своим ходом. Сперва долго тряслись на трамвае номер двадцать пять.
Несчастный трамвай жалобно чмокал, выл на перегонах, а ближе к Лиговке застрял в безнадежной пробке.
– В джипе как-то быстрей. И приятней, – весело призналась Надя. И улыбнулась. На самом деле, ей нравилось быть рядом с Димой – пусть даже и в плотной трамвайной толпе. Но она все равно спросила:
– А почему нам личный джип не выделили?
– Ну ты хамло, Надька, – ахнул Дима. – Уже личный джип ей подавай!
– К хорошему привыкаешь быстро, – пожала плечами она. И поинтересовалась:
– А откуда ты этого Запесоцкого знаешь? И вообще – кто он?
– Ректор того университета, где мы живем.
Называется – гуманитарный университет профсоюзов. Только от “профсоюзов” там одно название. Учат здесь по всем гуманитарным специальностям и на экономистов-менеджеров – тоже. А профессоров и докторов тут, по-моему, больше, чем во всем остальном Питере. Борис Парыгин, слышала?
Надя покачала головой.
– Он родоначальник социальной психологии в Советском Союзе… Юра Зобнин – крупнейший специалист по Серебряному веку вообще, а по Гумилеву в частности… Он тут завкафедрой литературы – моего возраста парень, между прочим…
– А ты-то тут при чем?
– Я когда-то об этом университете профсоюзов писал.
Запесоцкому, ректору, статья оч-чень понравилась. Он и велел обращаться, что бы мне в Питере ни понадобилось. А человек он в городе влиятельный. Я, как ты понимаешь, этим знакомством не злоупотреблял. А сейчас вот пригодилось. И живем в хорошем месте, и, что самое главное в нашем положении, безо всякой регистрации.
– А почему мы с ректором не встречаемся?
– Запесоцкий сейчас на конференции в Гааге. И хорошо, что не встречаемся. Ты бы быстро в него влюбилась.
– Чушь говоришь, – сердито сказала Надя. Но не покраснела.
Дима улыбнулся. Кажется, Надька потихоньку перевоспитывается. И краснеть стала реже, и болтает вон без умолку.
– Кстати, Надежда, в университетский спорткомплекс можешь сходить. Там тренажеры и сауна.
