Другие уверенно заявляют, что Андрея и его спутников поглотила Яма. Некоторые шепотом поведают, что оранжевая Хурма добралась до Ташкента — что и было их тайной целью! — и вскоре Андрей приедет обратно во главе колонны нагруженной русской водкой и китайской армейской тушенкой и раздавать груз станут бесплатно. Еще кто-то вякал, что оранжевую Ниву видели на пятьдесят первой пусковой площадке космодрома Байконур. Причем заявляли с уверенностью — именно на пятьдесят первой пусковой площадке. Дальше, совсем невнятно и явно смущаясь, добавляли, что имелись все явные признаки пуска ракеты, а на водительском сиденье Хурмы лежит записка с короткой надписью «Все будет хорошо!».
Другие поправляли — не на сиденье, дурень, записка-то, а зажата она под дворником на стекле и немножко обуглена по краям — не иначе выхлопом ракетным задело. Ну да. Куда же ты рванул, Андрюша?
А настоящая жестокая правда вот она — лежащий в песке кусок грубо покрашенного металла. Цвет тот. В машинах я не спец, но это сильно покореженный проржавелый капот.
Тот самый по которому Андрей Хурматов сначала ожесточенно стучал киянкой, а потом водил кисточкой испачканной в оранжевой краске, в то же время, рассказывая помогающему сыну, что когда они вернутся на бульдозере, то работы у них будет много, а заработка еще больше. И что сам Пахан и Бессадулин будут подбегать и заискивающе спрашивать: «ну что, Андрюша, поработаем сегодня? Топливо-то мы уже приготовили, водочки сто грамм стартовых налили, а сыночку вашему нашли настоящую кока-колу — с пузырьками шипучими!.
.».
— Бред какой-то — протянула девушка."
"— Обычное дело — не согласившись, прогудел Борис — Наших вспомни-ка! Так вот за костерком вечерним соберутся мужики, раздавят банку самогона свекольного, понапридумывают ерунды всякой — а с утра сами же и верят! И начинают устраивать такие вот экспедиции за мифическим добром, зачастую больше никогда не возвращаясь. Люди бывают глупыми, бывают жадными, но хуже всего, когда они и глупы и жадны одновременно. Битум, ты железяку осмотрел, скажи-ка, что думаешь?
— Часть капота.
Смята, искорежена, на краю сложена пополам и так сплющена, будто по металлу большой кувалдой били.
— И?
— Это сделали не звери — уверенно ответил я — Ни единого следа когтей или зубов, краска именно отбита, а не содрана полосками — вы же сами видели бок автобуса после того как над ним поработал молодой варан. Там металл хоть и прорван, но по-другому. Я думаю здесь люди постарались у которых тоже есть машины.
