Ещё он очень быстро переключался — увидев двух мотоциклисток, которые остановились через дорогу, я сразу же замедлил шаг. Буквально впившись в них взглядом и испытывая желание повести себя, как последний неандерталец. Ну там — перемахнуть проезжую часть, перекинуть обеих через плечо и побежать. Познакомиться, в конце концов и по пути можно.
Или поспорить, кто из них дольше продержится в постели. Со мной, естественно. А проигравшая…
Из омута мыслей меня выдернул аромат пирожка с мясом. Настолько сильный, как будто его жуют где-то совсем рядом.
Обернувшись, я обнаружил, что так оно и есть — в метре от меня стоял всё тот же кобольд. Методично поедающий яство. Заметив моё внимание, тот с лёгким щелчком моргнул.
— Жду указаний. Учитель.
Одна подсказка и я уже его наставник. Как они с таким подходом ещё не вымерли. И вообще — как не стыдно жрать на глазах у своего учителя? До сих пор голодного, между прочим.
— Ты почему решил, что я тебя учить чему-то буду? — без особого дружелюбия поинтересовался я.
Последний пирожок он уже доел, а мотоциклистки скрылись из виду.
Что самое обидное — я не успел заметить, куда именно они пошли.
— Ты дал наставление. Открыл горизонт. Принял еду от вопрошающего. Теперь ты мой учитель, — выдал кобольд скрипучую длинную тираду.
Идущий мимо мужчина обогнул нас по длинной дуге. Какой-то гоблин с противоположной стороны улицы снимал на телефон. Я же решил немного прояснить ситуацию.
— Какой я тебе горизонт открыл?
Его странные волосы снова зашевелились, вибрируя в воздухе.
— Что кобольды не обречены быть мусорщиками. Это надежда, — спокойно изрёк хитиновый буддист.
С такой низкой планкой, я могу ещё по пять новых горизонтов в день открывать. Стану гуру кобольдов — озолочусь. Захвачу мир.
Так, стоп. Опять меня в сторону сектантства потянуло. Что с ним делать-то теперь? Отшить или оставить? С одной стороны — нахрен он мне не нужен. С другой — бронированный ученик. Как знать — вдруг пригодится.
— Ладно. Иди за мной. Только без фокусов. Звать-то тебя как? — озвучил я решение, принявшись топать дальше.
Мой внезапно обретённый падаван догнал, зашагав рядом.
— Йорганиус Летец Монезо, из потомков великого Ларра Пи Нуворонога.
Я аж воздухом поперхнулся. Для парня, который счёл возможность сожрать пирожок великим откровением, имя у него было чересчур длинным.
— Будешь Йориком. Для краткости.
— Как скажете, учитель, — безропотно ответил тот.
Знаете, всё-таки даргом быть не так плохо. Точно лучше чем кобольдом. Или гоблином.
