– Зачем нам сидеть в потемках? – произнес Натан. Его темный силуэт возвышался у окна. Перед Вирджинией стоял чужой человек. Абсолютно чужой.
Зачем я пускаю этого мужчину так глубоко к себе в душу? Натан шагнул к ней ближе, однако в кресло больше не садился.
– Это была любовь с первого взгляда? – спросил он. Вирджиния кивнула:
– С моей стороны – да.
– А с его стороны?
– Нет. Но…
– Что «но»?
– Но потом все изменилось, – вполголоса произнесла Вирджиния.
– Вы рассказали Майклу про Эндрю? Предложили ему расстаться?
– Нет.
Майкл ни о чем не узнал. И я не предлагала ему расстаться. Между нами все осталось как прежде. Только я…
– Только вы завели себе любовника на стороне. – Да.
– Забавно! Встретить любовь с первого взгляда – и молчать о ней, таиться, прятаться… А ваш Стюарт, он ничего не имел против того, что вы продолжаете жить с вашим другом?
Внезапно Вирджиния почувствовала себя зверем, загнанным в ловушку.
– Чего вы от меня хотите?
Натан помахал рукой, энергично и нетерпеливо.
– Чего я от вас хочу? Какого ответа? Я не знаю, вам виднее.
Не хотите – не отвечайте ничего.
Она сделала ошибку, начав весь этот разговор. Она сделала ошибку, протянув чужестранцам руку помощи. В последнее время она совершала одну ошибку задругой. Они взгромоздились на нее ужасным грузом, и теперь эта бесформенная пирамида грозила обвалиться и погрести ее под собой.
– Знаете, мне вдруг страшно захотелось спать, – сказала она. – Я невероятно устала.
Не пожелав ему спокойной ночи, она вышла из комнаты. Поднимаясь по лестнице, она остановилась и обхватила лицо руками.
В ее висках колотилась кровь. Оставалось только надеяться, что голова не заболит с новой силой. Хватит с нее. Слишком много она пережила за сегодняшний день, слишком много картин из прошлого воскресила.
И зачем она собрала все в кучу? Лучше бы эти воспоминания так и остались рассеянными по закоулкам ее памяти. Она еще никому не рассказывала о тех временах. Почему же она открылась этому чужаку?
Понедельник, 28 августа 2006 года
1
Этой ночью Вирджиния спала очень плохо.
Ее мучили кошмары, и она без конца просыпалась.
Когда она утром спускалась по лестнице, зазвонил телефон. На часах не было еще и половины восьмого. Обычно так рано сюда никто не звонил. Несколько мгновений Вирджиния колебалась: а не притвориться ли ей, что она не слышит звонка, и не брать трубку… Был выходной, Летний банковский праздник, и звонить в это время считалось дурным тоном. Однако, скорее всего, это был Фредерик.
