Люди у меня проверенные. Я команду свою давно набрал. Да и Анвар следит четко.
— Знают много для простых наблюдателей. Найдешь того, кто шкуру около тебя трет, у … выбора не останется, как завтра напасть. Ты будешь готов. Разнесешь к хуям шакальи стайки, чтобы не вякали, и другим не повадно было.
— Я их и без того разнесу, — задумчиво постукиваю пальцами по столешнице.
— Не сомневаюсь, — хмыкает Даян. — Кстати, — друг протягивает мне черный непрозрачный пакет. — Рамилю передай. Кажется, я задолжал ему за все эти годы.
Хочу исправиться.
Киваю, забирая передачку.
Мы еще немного базарим за жизнь, пока дамы тоже о чем-то беседует вдали от нас. Минут через двадцать Зверь начинает собираться домой. Еще раз уточняет, не нужна ли помощь, на что я даю отрицательный ответ.
Мы с Настей возвращаемся ко мне в особняк. Она хочет незаметно проскочить в свою комнату, но я не даю ей этого сделать. Зря что ли со стояком проходил столько времени. Надо бы отработать."
"На лице девушки появляется обреченность. Я не обращаю внимания.
Лучше всего говорит язык тела. Он не может обмануть и который раз показывает мне, как сильно Настя ждет моих здоровых лап на своем хрупком теле.
— Иди в душ, — направляю ее, отвешивая шлепок по упругой круговой заднице.
От неожиданности ее хозяйка подскакивает на месте, но делает вид, что ничего не случилось. Забавная она. Все никак не поймет, где оказалась.
Попка у нее маленькая, но аппетитная — пиздец. Настя вообще не имеет выдающихся форм, но мне все равно хочется сожрать ее.
Всю. Ничего не оставить. Никому.
Долго выдержать не получается, и уже минуты через три я тоже оказываюсь в ванной комнате.
Настя не замечает меня. Я подходить не спешу. Со стороны наблюдаю. Дразню и без того голодного хищника аппетитным свежим стейком. Нагуливаю себе желание, что и сейчас уже норовит из штанов выскочить без моего согласия.
Член горит. Яйца ноют, но я продолжаю подсматривать за тем, как моя гостья нежно и чувственно растирает себя гелем для душа.
Она проходит маленьким ладошками по хрупкому притягательному телу.
Гладит грудь, шею. Проходит по животу.
Разбухший от желания болт в нетерпении дергается. Сейчас он хочет только одного — тугую киску Насти. Но чтобы без прелюдий. Без ласки. За один толчок насадить. Резко. Глубоко. Вонзить так, чтобы девка от наслаждения собственное имя забывала.
Но разум в сомнениях. Он заставляет сдержаться. Не отступать от плана. Настроить неопытное тело так, чтобы Авдеева сама мне отдалась. Сама попросила.
