— Здесь кругом одни мужики, если ты не заметила.
— И все равно отправила меня туда?
— Ты предложила помощь, я дала тебе поручение, какие вообще ко мне претензии?! — недовольно заявляет Соня.
Закусываю губу. Наверное, я, вправду, зря начала эту тему. Просто заговор на каждом углу мерещится.
— Вот, пришли, — девушка открывает дверь в спальню хозяина. — Приятного вечера, — хмыкает.
Я пропускаю усмешку мимо ушей. Пусть все думают, что захотят. Неприятно, но я переживу. Не стану обращать внимания. У меня есть проблемы и поважнее.
Ризван сказал, что я должна ждать его голой. Вот только у меня рука не поднимается скинуть халат.
Я еще никогда не обнажалась ни перед одним мужчиной, и мне совсем не хочется делать это так.
Решаю подождать еще немного.
Чуть-чуть.
С глупой надежной на то, что бандит передумает.
— Я сказал ждать меня голой, Настя, — низкий тихий голос забирается под кожу, и я замираю, рвано вдохнув. — Хорошей шлюхе дважды повторять не надо.
Руки налились свинцом. Не получается поднять, чтобы хотя бы развязать пояс.
Я просто застываю, точно статуя, холодное ледяное изваяние.
— Тебе повезло, что мой член хочет тебя, несмотря ни на что. Иначе бы давно разрабатывала горло в другом месте.
От этих слов я будто оживаю. Алаев еще сегодня утром четко дал понять, чего хочет от меня. Послушная. Доступна. Страстная.
Усилием воли заставляю себя сбросить халат.
Он царапает кожу, пока ползет по спине и плечам. Я чувствую, как оголяется в угоду бандита каждый сантиметр моего тела.
От неловкости вспыхивают щеки.
Хочется провалиться сквозь землю. Исчезнуть. Раствориться в воздухе. Но как я не стараюсь вообразить это — картинка не меняется.
Монстр, что стоит передо мной плотоядно скалится. Он не любуется мной, как можно было бы наивно подумать, а оценивает. Будто решает, сколько бабок готов отвалить за этот лот на аукционе.
Я даже на расстоянии вижу, как резвится похоть в его глазах, предвкушая предстоящее веселье. Как в горящем взгляде пляшут неуемные черти.
Ризван начинает медленно двигаться в мою сторону.
Высокий, красивый, с широким размахом плеч, он внушает ужас. Надвигается на меня скалой. Мощной. Сильной. Готовой раздавить, если потребуется.
Чем ближе он подходит, тем сильнее начинает пульсировать внизу. Между бедер разгорается настоящий пожар.
Мужчина останавливается совсем рядом, лишая меня остатков кислорода. Тело начинает гореть от его близости, от жара, что исходит от безупречного тела грозного мужчины.
Опасность сжимает мне горло.
