Сама не замечаю, как начинаю плакать.
— Не ной! — головорез Ризвана повышает голос. — Босс не любит, когда девки ноют. И я не люблю.
— Анвар, успокойся, — ласково обращается к мужчине доктор. — Лучше за дверью подожди. Мы быстро.
Глава 11
Ризван
— Ризван, я скучала, — маленькая блондинка появляется в полумраке моей комнаты.
Сцепляю челюсти.
— Я тебя не базарить позвал, — грубо отвечаю девчонке. За два года она забыла свое место. Или забыла кто я. Похоже, в этом городе об этом забыли многие.
— Прости, — опускает глаза, но извиняется совсем не искренне.
Играет. Сделает что угодно, чтобы угодить мне.
Но на то она и шлюха, чтобы угождать. Подставлять дырки, а не болтать, и рот раскрывать только по команде: «Сосать!».
Вглядываюсь в темноту собственного двора, через окно комнаты."
"Я два года не был дома, но тут ничего не изменилось.
Та же трава. Деревья. Маленький дворик внутри моей необъятной территории, отдельно отгороженный от всех.
Там сейчас пусто, как и везде.
На улице только охрана. Много охраны.
Если Китаец прав, я должен быть готов к удару. Мне есть что терять.
Но потеряю не я.
Шакалы пусть молятся своим Богам, выпрашивая защиты. Вот только и это их не спасет. Покараю. Каждого. Головы голыми руками сверну, если потребуется.
Я знал, что так будет, когда уезжал из страны. Это закон. Когда вожака нет, шавки, почуяв свободу, делят территорию. Но остаться не мог. Должен был уехать.
— Ризван… — тихий голос шлюхи отвлекает от размышлений.
Поворачиваюсь.
Лейла сидит на коленях абсолютно голой.
Без клочка ткани на теле.
Послушная. Покорная. Готовая исполнить любой приказ. Но не вставляет. Голая баба не заводит так, как хрупкая Авдеева в платье принцессы.
Перед глазами стоит ее образ. Испуганный взгляд. Белая кожа. Прохладная и гладкая на ощупь, как дорогой изысканный шелк.
А член встает на ее за секунду. Так, что хочется челюсти сжать от напряжения.
Я много шлюх перетрахал, и это правда. По одной, по две, по три иногда. Но ни от одной так яйца не скручивало.
А на этой переклинило, как только увидел.
Сразу захотел под себя подмять. До одури. Платье задрать, и в путь!
Целка, блядь!
Что за дерьмо? И я должен в это поверить? Что в двадцать лет эта девка ни разу не трахалась? Ни раздвигала ноги, ни сосала, ни орала от удовольствия, пока ее маленькую киску таранил крепкий член?
Хотя, вряд ли у ее ссыкливого женишка вообще есть член.
Вот только меня такое не заводит. Мне этот гемор с пленкой нах не нужен. Это же сопли, слезы начнутся.
