Как Воители они на голову превосходили дружинников того же князя Олега Турского.
— Смотри, дядя, — косясь на рыцарей, произнёс Иван-младший, когда мы продолжили путь, — как они двигаются! Словно танцуют.
— А ведь по этим доспехам и не поймёшь, кто под ними. Мужчина? Женщина? Может, вообще подросток, — задумчиво добавил Иван-старший, — все равны, как на подбор…
Я молча наблюдал за рыцарями. Добавить мне было нечего, а узнать хотелось многое. Например, от кого рыцари защищают этот безмятежный город? Монстры не нападают на Столицу, так зачем здесь держать таких воинов?
И почему они все напоминают мне Мирославу?
Проклятье… столько вопросов! И, само собой, рождается ещё один вопрос.
А правильно ли я свои вопросы формулирую? Если подумать, можно прийти к выводу, что рыцари защищают «не от кого». Нужно спрашивать: «что они защищают?»
Мы медленно шли по улицам, и в какой-то момент я понял, что чем дальше мы отходим от императорского дворца, тем меньше рыцарей встречаем. И тем меньше я ощущаю Мирославу.
Хотя второе было заметить гораздо сложнее, ибо вся округа была пропитана духом моей давней подруги.
Невольно я повёл своих сородичей обратно к центру, правда, пошли мы по другой дороге.
— Смотрите, — прошептал Иван-младший, взглядом указав на группу рыцарей, застывших у входа в один из храмов, — словно статуи, но живые.
И правда, рыцари стояли неподвижно. Но в этой неподвижности чувствовалась такая сила, что прохожие невольно замедляли шаг, проходя мимо. Солнечный свет тысячами искр отражался от доспехов рыцарей, создавая вокруг защитников Империи светящееся ореолом сияние.
— Это ведь храм Светлых Богов? — поморщившись, спросил я у Ивана-старшего.
Мой названый брат кивнул и ответил:
— Один из. Что-то не так, Костя? Пойдём дальше, может?
Вопреки предложению брата я остановился и уставился прямо на вход в храм. Затем поднял голову и внимательно посмотрел на изображения мужчин в красивых доспехах, украшавших здание. Их доспехи походили на доспехи местных рыцарей.
— Значит, вот в каком виде Светлоликие решили предстать перед жителями нашего мира, — тихо произнёс я.
Но Иван Бессмертный-старший меня услышал. Я уже успел ему рассказать ту историю мира, что известна мне. И сейчас я почувствовал, как мой названый брат напрягся.
А ещё я ощутил, как энергия вокруг меня начинает пульсировать и сжиматься. Было ощущение, будто невидимое лезвие подбирается к моему горлу. Светлое лезвие. Но свет этот злой.
