Настолько, что ее лучше забыть.
Но я не успеваю ничего толком додумать, потому что Рейес вдруг втягивает мой сосок своим горячим мокрым ртом и начинает играть с ним.
Между ног все так сильно напрягается, что мне становится почти больно. И я не могу сдержать всхлип.
Хватит меня мучить, проклятый!
Мне слишком много тебя сегодня. Уйди. Слышишь!!! Уйди.
Чудовищно жаркие губы терзают мои соски, и между ног становится еще чувствительнее и как будто влажно. Неужели у меня снова пошла кровь от того, что Рейес делает?!
Я вся напрягаюсь, а он резко поднимается на колени и вдруг с перекошенным лицом трогает член и кончает мне на лицо и на грудь.
Как в нем помещается так много спермы?!
Ненавижу Рейеса. Могла бы — сделала бы с ним то же самое!
Я резко чувствую себя ужасно грязной. Хотя так оно и есть.
Но зато это наверняка и конец кошмарной ночи. Если только Рейес не захочет еще раз. У него как будто вообще не падает никогда, и я в ужасе замираю и молюсь, чтобы все, наконец, закончилось. Чтобы ушел он и оставил меня в покое до утра.
Я стараюсь даже не дышать. Как только Рейес уйдет отсюда, я соскоблю с себя все.
Меня знобит. И едва Рейес отстегивает наручники, я сразу укрываюсь одеялом. Между ног странно тянет."
"Неужели он опять мне что-то повредил? Я обязательно посмотрю, есть ли кровь, когда Рейес свалит.
Он ушел в душевую и возвращается с полотенцем на бедрах.
— Хорошо выспись, чика. Завтра ты мне понадобишься.
Хоть бы прибил его кто этой ночью. Он же бандит. Почему в фильмах их убивают пачками, а в реальности они только процветают?
* * *Утром или даже уже днем я не сразу понимаю, где нахожусь.
Меня никто не будит.
Вообще для того, чтобы позвать Луису, у меня есть кнопка в стене.
Да уж, лучше бы я не была такой «госпожой» и вставала в пять утра.
Между ног тянет, а еще запястья и лодыжки немного болят. Я растираю руки и вспоминаю события вчерашней ночи.
Не тот кошмар, который Рейес со мной делал, а то, как я потом побежала в душ и отмывалась до скрипа под кипятком.
За этот ужасный день я, кажется, только и делала, что мылась.
Но иначе я не могла. Мне хотелось выжечь Рейеса из своего тела, и я давилась, намыливая себя тошнотворными гелями и шампунями с ароматом яблока.
В конце концов, надо сказать Луисе, что они мне противны. Не думаю, что она что-то заподозрит.
А потом я провалилась в сон без сновидений.
Проснулась только сейчас и вдруг замечаю, что в этой комнате вообще нет часов. Она не жилая.
