Потому я сперва мою член, а потом сам чищу Анхеле зубы.
Получаю еще одну дозу убойной ненависти. Я не рассыплюсь в пепел, чика, нет. Привыкай.
Теперь ее тюрбан мне не пригодится, потому я сдергиваю его с волос, и они черными змеями вьются по плечам и спине. Восхитительно.
Сегодняшней ночью, чика, я сделаю то, чего не делал почти никогда.
И в аду сгоришь ты, а не я.
Мы возвращаемся в комнату, где светильник создает интимный полумрак.
Я поднимаю подушку с пола и бросаю на кровать.
— Ложись пока на спину.
Кажется, она что-то начинает понимать.
Уже со мной не спорит. Просто ее глаза опять подозрительно блестят.
Нет, чика. Этой ночью ты больше не будешь тихо плакать.
Скоро у тебя появится веская причина возненавидеть меня всерьез. От всей твоей дьявольской души, пропитанной ароматом яблок.
В кровати есть потайной ящик с замком. И там я храню наручники. Можно и без них, но Анхела точно начнет нехило дергаться, брыкаться и сопротивляться.
Поэтому мне придется растянуть ее, пристегнуть и приступить к своему занимательному плану.
Дорогие мои!
Спасибо большущее за то, что вы оценили эту книгу и приобрели ее!
Спасибо огромнейшее за награды книге! Мне очень приятно!
Глава 6. В аду. Анхелика
АНХЕЛИКА
Судя по всему, я вызываю у этого человека какое-то ненормальное, болезненное желание. Не понимаю, как можно хотеть девушку, которая терпеть тебя не может.
Но Рейес явно устроен иначе, чем обычные люди.
У него постоянно стоит, и мысли об этой жуткой дубине вызывают у меня только страх вперемешку с паникой.
Мерседес говорила, что когда «потолще», приятнее, но как такое может быть? Наверное, она шутила.
Или приятнее может быть с людьми, а Рейес — настоящий демон с каменным сердцем. Я не хочу его, и каждая моя клеточка вопит от возмущения.
Но этому козлу плевать. Он выводит меня голую из душа, и меня бьет озноб от холода.
Правда, сам Рейес одет не сильно больше меня, тоже в одно полотенце. И оно скрывает то, что мне совсем не хочется видеть.
Хотя дьявол красив.
Он мог оказаться каким угодно — уродливым, толстым, слишком худым. Но нет. Он похож на статую, и тем мне омерзительнее.
От статуи не ждешь пьяной похоти. Статуи красивые и внушают трепет и радость. А Рейес, который что-то ищет в темноте, внушает только страх.
И я огромным усилием воли давлю его. Рейес уже изнасиловал меня. Он уже заставил лизать его член.
Что еще хуже он может сделать? Неужели взять меня сзади?
Клянусь, я не знаю, что сотворю, если он посмеет.
