И чем сильнее затягивает его рана, тем жестче он становится. Четкие приказы “ляг”, “развернись”, “прогнись” и минимум прикосновений руками. Я тоскую по его крепким пальцам, сама не знаю, когда успела привыкнуть, но мне не хватает их. Он не позволяет мне никакой инициативы и раз за разом подминает под себя, выплескивает животный голод.
Я принимаю немой договор между нами и чувствую, что могу хоть немного касаться его, когда Арман хочет поговорить со мной, а не трахнуть. Он тогда тоже прикасается ко мне, ведет пальцами по спине или дотрагивается до плеч.
Но не губ и даже не лица… Моя разбитая губа зажила и вместе с этим выветрились ощущения того, как он осторожно и горячо обвел ее контур.
Я хочу испытать это вновь, но осознаю, что хочу слишком много. Арман и так слишком добр ко мне. Хотя, может быть, ему просто-напросто удобно так. Я для него тихая гавань, где он может забыть все дерьмо, что происходит за закрытой дверью. Но он оставляет дистанцию между нами, чтобы я не забылась и не показала случайно другим, что считаю себя не подстилкой босса, а его фавориткой.
Или, может, чтобы не забыться самому окончательно?
Временами я отчетливо вижу по его потемневшим глазам, что он еще не принял решение на мой счет. И до тех пор будет только так. Спокойные разговоры, но жесткий секс без рук. А еще его защита.
Больше ничего. Ничего сверху.
Я пытаюсь привести дыхание и постепенно разжимаю пальцы, которыми вонзилась в простыни. Арман по-звериному дышит за спиной и отпускает мои бедра, которые мгновение назад сжимал с силой с каждым таранящим толчком.
Он отбрасывается на подушки и переворачивается на спину. Я же не могу столь быстро прийти в себя, я чувствую себя безумно хрупкой в такие мгновения. Когда его лютая мужская мощь буквально выплескивается на меня через секс. У меня до сих пор стоят яркие вспышки перед глазами, а тело пьяное и дрожит.
В конце концов, Арман обхватывает мой локоть и тянет. Помогает лечь рядом, хотя сам вскоре поднимается на ноги и натягивает на себя брюки. Только рассвело и Арман вот-вот уйдет по своим делам.
Он уже не заглядывает в номер днем и чаще всего пропадает до позднего вечера, занимаясь бизнесом. Я могу прикинуть сколько у него дел после покушения."
"Может, у него там настоящая война. Мне все равно не узнать точно, Арман пресекает любые разговоры на эту тему, а в клубе девочки шепчутся о разном. Да и я чаще провожу рабочие смены в одиночестве, стараюсь сразу вернуться в номер и ждать Армана, а не слоняться по ночному клубу.
