— Ну ладно, хватит, Арман. Хватит! — громче произносит Дитмар.
Я прислушиваюсь к тяжелому мужскому дыханию и крепче сжимаю поручень лестницы, чтобы удержаться и не пойти к мужчинам. Чтобы не выйти к ним и не остановить все, что происходит.
— Спокойно, брат, — я слышу, как Арман материться, как тяжело дышит. Различаю его дыхание от дыхания Дитмара и понимаю, что он зол. Скорее, на меня, чем на брата.
— Она останется, ясно? — бросает он. — И попробуй только забрать ее к Стасу.
Я слышу шаги и тут же отрываюсь от поручня и бегу в комнату, прикрываю за собой дверь и отхожу подальше.
Сердце стучит, как бешеное. Арман зол и заведен, он только что получил сдачи от брата и явно не станет меня слушать.
Когда его статная фигура показывается в проходе, я понимаю, что он не просто зол.
Он в ярости.
Глава 53
— Арман, — произношу, выдыхая, а сама не верю, что он сейчас вообще слышит меня.
Я зашла за красную линию, когда вздумала перечить ему на глазах брата. Вообще перечить Арману в таких вопросах не стоит, во всяком случае так упрямо и глупо, как сделала, когда пререкалась с ним.
Я лишь раздразнила зверя.
— Что блять в твоей голове, Катя?! — бросает он со злым нажимом. — То рыдала и умоляла не отдавать тебя Стасу, то кричишь, что сама пойдешь к нему.
— Я хочу помочь…
— Мне? — он коротко усмехается, и от его хищной улыбки мне становится холодно. — Да, мне очень поможет, если Стас тебя получит. Облапает, трахнет, а может и убьет. Точно! Охеренная помощь…
Я делаю резкий шаг к Арману и наталкиваюсь на его широкую грудь.
Он бы все равно сделал это сам, я лишь опережаю его на долю секунды. Оказываюсь в его руках и чувствую, как часто он дышит. Выпускает перекрученный воздух, который разогрет эмоциями.
— Ты слишком заведен, — я встаю на носочки и пытаюсь достучаться до него ласковым шепотом.
Но Арман жестко обхватывает мои локти и встряхивает, будто ждет, что глупость уйдет из моей головы. Я не противлюсь, но жалобный стон сам срывается с губ, все-таки Арман очень сильный даже для мужчины и стоит ему чуть отключить контроль, как мне становится больно.
— Больно? — он хмурится и смотрит на свои пальцы, которые вонзились в мою кожу. — Почему сейчас молчишь? Терпишь и слова мне не говоришь. Я не понимаю тебя, Катя.
— Я знаю, что ты не сделаешь мне ничего плохого, вот и молчу. Жду, когда тебя отпустит.
— Чтобы опять начать спорить насчет Стаса?
Я честно киваю, и из Армана вырывается рык.
