Вампир не подавал признаков жизни, и мне даже в какой-то момент показалось, что всё это было лишь моей фантазией. Впрочем, я всё равно сейчас была готова на что угодно, лишь бы меня отвязали скорее.
– Ну шо, поняла свою ошибку? – протянул Жека, когда моя спина и руки освободились, а петля осталась лишь на шее, не давая отстраниться от лица твари.
– Поняла! – уже рыдая, проговорила я.
На ягодицу легла рука, сжала и потрясла, залезая грязными пальцами в промежность.
– Хорошо поняла?
– Да! Да! – окончательно расплакалась я, пытаясь сама нащупать трясущимися руками узел на затылке, но меня схватили за запястья.
– И что, будешь хорошей тёлочкой?
Я всхлипнула и сказала:
– Буду.
– Во-о-о-от! Так бы сразу! – наконец довольно сказал Жека, и последний узел распустило.
Я хотела было броситься прочь, но всё тело затекло так, что я чуть не свалилась с камня вниз головой. Парни не собирались выпускать, и шесть рук подхватили меня в полёте, не смущаясь никаких мест. Пока несли, полапали и за бёдра, и грудь не постеснялись намять от души.
Посадили на туристический коврик рядом, а после растянули под светом того самого походного светильника, который я забыла в палатке.
– Женя, не надо! – взмолилась я, понимая, что мои худшие опасения подтвердились – этот мудак уже ковырялся с пуговицей на ширинке, тщательно подтягивая складку волосатого живота, чтоб не мешала смотреть.
– Да не ссы, я взял презики! – отмахнулся он, а ребята покивали, и Олег облизнулся, разглядывая складочки у меня между ног в тусклом свете.
Внезапно по залу раздался резкий звук с ноткой звона, и тут же рядом в камни выстрелило чем-то. Перепуганный Жека включил фонарик на телефоне и глянул туда, где зашумело. Озадаченно поднял что-то чёрное, полукруглое, как надкушенная баранка. Покрутил в руках и усмехнулся. Посветил на стену, где висел вампир и со смехом сказал:
– Гля, трупешник свалился! – и на меня: – Измотала мужика! Ты гля какая краля! А говорила – целка! Ты, может, уже того, а мы тут стесняемся?
Дружки загоготали, а он посветил на меня, чтобы с наслаждением полюбоваться на мою промежность, а потом опять, судя по пыхтению, потянулся к ширинке.
Внезапно свет его фонарика дрогнул, а следом телефон свалился на камни, ослепляя парней. Раздался хрип, но что происходит, никто не понял.
– Чё ты там возишься? – спросил Лёха через несколько секунд тишины, а потом посмотрел на меня: – Я ща сам тут чё-нибудь это…
С Жекиной стороны послышались шаги.
