Я заверещала. Правда, только у себя в мыслях. Так пещеру не нарушил ни единый звук, не считая журчания стекавшей между камешков мочи. Даже дышать перестала, в ужасе прислушиваясь и боясь, что он пошевелится.
А в следующий момент я услышала самое страшное: слева, где мне в ухо упирался его нос, зашумел втягиваемый воздух, а грудь под моей стала медленно подниматься, натягивая верёвки.
Эта тварь была не мертва.
И после этого я наконец лишилась чувств.
4. Оно живое!
Когда очнулась, сразу не поняла, где я.
Сознание просыпалось медленно, частями. Сначала я почувствовала затхлый запах пыли. Затем услышала тихий размеренный шорох у левого уха, как если за окном ветер поднимает и опускает сушащийся пододеяльник. После руки прострелила боль, и только потом я ощутила холод по спине и мокрым ногам. Раскрыла глаза, но вокруг царил кромешный мрак.
Где я и что происходит, вернулось разом, заставив со всхлипом втянуть воздух, а следом я опять замерла, понимая, что то, к чему я привязана, дышит! Спокойно, глубоко, словно во сне.
Но дышит! И кожа уже не похожа на ледяной камень, а потеплела. Немного, но вполне ощутимо. Либо это уже у меня от переохлаждения кукушка поехала!
«Значит, всё-таки аниматор», – стуча зубами, решила я, просто не желая верить в худшее.
Мужчина дышал. Я чувствовала, как то там, то тут по иссохшим мышцам пробегают судороги, словно он просыпался ото сна. Щека, прижатая к моей, не давала и шанса отодвинуться, а шею холодили спокойные выдохи.
– Эй… – дрожащим голосом прошептала я ему в шею.
– Эй, привет. Привет. Давай поговорим, пожалуйста. Мне очень страшно!
Но ответа не было. А в следующую секунду он уже явно пошевелил головой, уткнувшись носом мне в волосы, словно принюхивался. Сначала чуть выше над ухом, затем ниже и ниже, и вот, его жёсткий рот коснулся сгиба моей шеи.
Будь это жестом простого мужчины, я бы назвала его очень чувственным. Но сейчас это вызывало лишь ужас, и я взмолилась:"
"– Пожалуйста, поговори со мной! Прошу!
И он открыл рот.
Но так ничего и не сказал.
Кожу похолодил выдох, а следом он накрыл сухими губами мою шею, и я ощутила острую боль укуса.
Он меня не жалел – я даже услышала мерзкий звук, как зубы разрывали кожу! Боль оказалась ужасной, но тут же добавилось другое ощущение – дёргающееся, словно кто-то у меня в шее натянул тетиву и оттягивал её пальцем. И только когда я перестала выть, поняла, что ритм такой же, как у стука бухающего сердца в ушах.
