Что все это значит?
— Нет! — вдруг останавливает меня Харитонов.
Я замираю.
— Ибрагим, на твоей поедем! — приказывает Харитонов.
Глаза мамы округляются.
Я иду вслед за высокой и мощной фигурой мужа. Он открывает мне пассажирскую дверь.
— Прошу. — он сама галантность.
Я сажусь, подхватив шлейф платья.
Вижу, как мама снова выдыхает.
— Двигайся! — вдруг меняет свое решение Константин.
Я пересаживаюсь дальше, за водителем."
"Глаза мамы расширяются и рот приоткрывается от ужаса.
Харитонов садится рядом. Закрывает дверь. Ибрагим на переднем пассажирском едет с нами. Водитель заводит мотор.
Замечаю движение мамы. Она что-то делает рукой, будто махает ею.
— Забавная у тебя мать. — хмыкает Харитонов.
— Простите… — не понимаю я.
— Она так за тебя беспокоится.
Что-то не так. Что-то явно не так! Конечно, можно представить себе, что мать тронулась умом из-за абьюза отца, но мне очень не по себе!
Джип начинает движение.
Впереди едет наряженный, позади третий. Я в машине с тремя мужчинами. Водитель, Ибрагим, и Константин Харитонов. Все трое очень бандитского вида, и от них веет опасностью.
Я чувствую себя так, будто меня безоружную заперли в клетку с тремя тиграми.
Харитонов поворачивается ко мне.
— Сними платье! — раздается его хриплый властный голос.
— Что⁈
— Платье сними! — с нажимом произносит муж.
— Но… — в горле пересыхает.
Я затравленно гляжу в затылки Ибрагима и водителя.
— Я сказал, р-раздевайся! — рычит Харитонов.
Глава 4
ВАЛЕНТИНА
— Останови! — рычит Харитонов.
Водитель тут же притормаживает у обочины. Мы загородом, на трассе. Дорогу окружает лес, и ни единой проезжающей машины.
Сопровождающие автомобили заключают нас в кольцо.
— Твой отец не объяснил тебе правила поведения со мной? — вкрадчиво интересуется Харитонов.
А у меня от его слов мурашки по телу и поджилки трясутся.
Папа говорил подчиняться мужу беспрекословно… Но я не думала, что супруг станет приказывать мне раздеваться на глазах его людей. Я не приемлю такого!
Да, Харитонов — опасный, страшный человек с криминальным прошлым, и скорее всего, настоящим. Да, он меня за человека не считает. Но! Это не значит, что я тоже так считаю! Я — человек, и у меня есть свое «Я».
