Возвращаться после вечных командировок в дом, где тебя ждут, все же лучше, чем в пустоту. Квартира и так стала для меня перевалочным пунктом между аэропортами. Ну и самое главное, для всех мы пара, это как защита, но с тобой она не сработала.
Кивает, значит, вычислил. Опасный Кац оппонент, такому не соврешь, а если попытаешься, то себе дороже.
— Ну а машина… Честно говоря, всегда мечтала водить, сдавала на права, получила их даже с первого раза. Помню, что вечно огребала еще у нас на ранчо, потому что отцовским трактором заправляла как лихой водила, но в городе… Не знаю, легче на такси или аренда машины с водителем.
У меня ни на что времени не было. График забит.
— Я слышу нотки сожаления.
— Ну да, я хотела иметь свою машину. Однажды чуть не купила. Мне очень хотелось, деньги я тогда уже начала зарабатывать приличные, но… некогда было этим всем заниматься, там всякие ТО и прочее, а я пропадаю на съемках вечно. Чемодан можно не распаковывать. У супермодели оказалась на редкость скучная жизнь, господин Кац, хоть и богатая на события и страны.
Улыбаюсь, никто никогда не задумывается о том, что прикрыто глянцем. Кац молчит. Не отрывает взгляда от дороги, а затем оглушает вопросом:
— Значит, у куколки есть еще одна мечта — водить автомобиль. Есть предпочтения по модели?
Поворачиваюсь. Смотрю на Ивана в шоке.
— Да…
Косится на меня коротко и опять смотрит на дорогу, а я отвечаю, на миг прикрыв глаза и погрузившись в воспоминания из далекого детства, где долговязая девчонка с подбитыми коленками носилась по полям с пшеном, валялась на стоге сена и, уперев взгляд в проплывающие облака, мечтала.
— Я всегда хотела автомобиль жемчужного оттенка с откидной крышей. Смотрела фильмы про счастливую жизнь богатых и знаменитых и представляла, что однажды и я буду за рулем не старого трактора, а именно такой машины-мечты, гнать вперед по трассе и мой алый шарфик, пойманный ветром, будет развеваться подобно волне… Но девочка выросла и поняла, что это все мечты о розовых пони, которые мне не нужны.
— Значит, ты все же мечтаешь о чем-то помимо мира во всем мире, — легкий смешок, наполненный неизвестными нотками, они цепляют что-то во мне потаенное и заставляют навернуться на глаза слезы, потому что кажется, что в такие мгновения, когда Иван просто со мной разговаривает, я понимаю, что он не способен оставить равнодушной. Он отнимает у меня сердце, порабощает, потому что любовь к подобному человеку не может быть иной…
Отворачиваюсь к окну.
