— Я всем скажу в понедельник, что у меня есть папа, — Ксюша порывисто и совершенно искренне кидается мне на шею, стискивая ее в объятиях.
Я обнимаю ее в ответ. Аня рыдает, беззвучно открывая рот и подходит, чтобы тоже нас обнять.
«Спасибо» — шевелятся ее губы.
— Так, — останавливаю я этот поток сырости. — А теперь все сели, поели и дали мне доделать дела.
Тарелка Ксюши быстро пустеет, и счастливый ребёнок убегает в комнату к собаке.
— Леш, — говорит Аня, едва мы остаёмся одни. — Мужчинам вне брака никто не даст удочерить девочку.
Ты бы сначала узнал все тонкости, а потом раздавал такие обещания…
— Аня, — вздыхаю я ей в ответ. — Деньги в нашей стране решают любые вопросы. Но в нашем с тобой браке нет вообще никакой проблемы. Я могу жениться на тебе хоть завтра.
— Это типо такое предложение? — скептически дергает она бровью. — Мне казалось это делают иначе. Ксюше ты только что делал предложение гораздо торжественнее, — заканчивает с улыбкой.
Я на мгновение замолкаю и смотрю на Аню.
Так. Похоже, что здесь я снова недооценил формальности. Этой женщине тоже совершенно плевать, что я отношусь к ней, как к любимой жене.
— Все будет, — киваю. — Ты помнишь, детка? Со мной все работает при помощи слов и без демонстраций. Я иногда могу быть невнимательным.
Закусывает губку и кивает.
— Спасибо тебе, — проникновенно сжимает мою руку своими пальцами. — Ты снова лучше, чем я могла себе представить. Я очень тебя люблю, Лёша и…
— Детка, я тоже очень тебя люблю, — поднимаю ее руку к губам и целую пальчики.
— А скажи мне, что за Катарина, и какого черта ее мать треплет языком? Я хоть и залит сейчас вашим сиропом, но на самом деле крайне зол и желаю пообщаться с источником слез своей дочери.
— Катарина — дочка одного ресторатора блатного. Мы с ним по закупкам пересекались. Мама — бывшая модель. Действительно, своебразная барышня.
— Ясно, — киваю и встаю из-за стола, показывая, что дальнейшая информация меня больше не интересует. — Я отъеду не надолго.
Вернусь, как Ксюху спать уложишь.
— Ты куда? — подхватывается за мной Аня и хмурится.
— Я быстро, — ловлю ее в объятия и смокаю в нос. — Все.
— Леша..
— Все, я сказал. Все хорошо.
К тому моменту, как я доезжаю до города, в моем телефоне уже есть адрес того самого «ресторатора» или Шпака Георгия Викторовича.
Очень хочу с ним пообщаться. Особенно с его «давалкой», ах да, конечно, «приживалкой». Такие снобские замашки нужно обязательно лечить.
