Слуги заметались, а заяц, заметив людей, встал столбиком. — Ну же, ну!
Подскочивший Воронцов подал ему своё заряженное, и Зубов, приложив его к плечу, выжал спусковой крючок. Дым рассеялся, а на снегу лежала окровавленная тушка.
— Спасибо, поручик! — крикнул в восторге стрелок. — А хорошо оно у тебя бьёт! Точно! И красивое, — рассматривая вязь украшений на ложе и у казённика, проговорил он довольный.
— Да этот-то бой что-о, — улыбнулся Воронцов. — Вы, Платон Александрович, из винтовальных ружей наших отборных стрелков ещё не стреляли, вот уж где истинная красота!
— Интересно, — хмыкнул тот.
— Отборные стрелки, надо же! Да, помню, на плацу перед матушкой императрицей такая команда у вас стояла. У них ещё штуцера эдакие особенные, с длинными стволами при них были. Интересно из такого стрельнуть.
— Платон Александрович, так мы их пяток как раз с собой и захватили, — проговорил стоящий рядом Алексей. — Можем пострелять в конце охоты.
— Да, обязательно, — кивнул тот. — Пока же удача сама в руки идёт, нужно зверя бить. Ну что, бригадир, будет ещё охота, что ты нам ещё напророчишь?
— Будет, обязательно будет, — усмехнулся Егоров, — отчего ж ей не быть."
"Охота была! Проехали три версты вдоль Кузьминки, затем свернули на запад и достигли небольшой речушки Пулковки. Тут, в заболоченном лесу, рассыпанные в цепь егеря заметили следы от копыт. Нагоном, свистя и покрикивая, они выгнали на поляну косулю.
Выскочила она шагах в двухстах пятидесяти от фаворита Екатерины, и тот не решался стрелять из своего гладкоствольного ружья.
— Платон Александрович, отдача только сильная, — быстро протянул ему свой штуцер Алексей. — Ну же, уйдёт! Бейте!
Тот быстро прицелился и выстрелил. Косуля подпрыгнула и свалилась на землю.
— Вот это я понимаю добыча! — крикнул в восторге Платон. — Вот это охота! Всё как ты говорил, бригадир, как уж тебя зовут? — спросил он, словно бы в первый раз увидев Егорова.
— Алексей Петрович, можно просто бригадир, — усмехнулся тот.
— А-ха-ха-ха! — закатился Зубов. — А ты мне нравишься, бригадир Алексей Петрович! Пошли козу смотреть!
— Хороший выстрел, — угодливо улыбаясь, проговорил один из сопровождающей свиты, и все вельможи в один голос тут же загомонили, расхваливая точный глаз и твёрдую руку Платоши.
— А то! — выпятив грудь колесом, улыбался тот довольный.
