""Неужели тетушкам невдомек, что я хочу остаться с мужем наедине? – злилась Елена Павловна. – Ладно, целитель Оуэн. Он монах, ему простительно, но Беренгария с Доротеей? Где их такт? ?де, мать-перемать, благородное воспитание и понимание женской натуры? А Вэль? Чего он лыбится всем подряд и пересказывает придворные сплетни? Конечно, ему секса не хочется, у него Энн. А у меня только руки и воображение. Где справедливость, я вас спрашиваю?!""
Справедливости не было, увы. Елене Павловне хотелось кричать, топать ногами, бить посуду и царапаться.
Так и тянуло вцепиться в бесстыжие синие глаза. Но она безмятежно улыбалась, удобно устроившись в кресле у огня, пила мятный чай и ""с интересом прислушивалась к беседе"". Прекрасно отдавая себе отчет, что подобное состояние вызвано разыгравшимися на фоне беременности гормонами, она всячески старалась отвлечься и думала о своем.
Нет, конечно, последние придворные новости были важны для оторванной от жизни герцогини, но сейчас воспринимать их не было никаких сил.
Лучше завтра невзначай расспросить своих дам и Иви, а пока... Пока Елена Павловна прикидывала, сколько времени и денег понадобится на перекладку каминов и замену их печами в спальне и детской, думала о том, что чаи в Бригии отвратные и, на будущий год надо организовать сбор кипрея (Иван-чай в просторечии). Очень полезное растение, кстати, и мед с него вкуснейший...
""Интересно, а с брассики какой мед? И стоит ли его вообще пробовать, все-таки используется цветок в очень специфичной области.
.. "" - так и этак прикидывала Елена Павловна. ""Свекрови и Энн подарю. "" Пусть трескают, - наконец, определилась она и даже немного повеселела. К счастью для нее на этой оптимистической ноте вечер закончился. Тетушки вспомнили, что время близится к полуночи и засобирались спатеньки.
""Не прошло и года, "" - желая всем доброй ночи, радовалась Елена Павловна. ""Сегодня я не дам одеть тебе ночнушку, зараза синеглазая, "" - нетерпеливо закусывала губку она, идя под руку с мужем.
""За все ответишь, "" - мстительно предвкушала потирала руки.
- Позволь оставить тебя, дорогая, - не подозревая, о демонах, воющих в груди нежно улыбающейся супруги, поклонился герцог. - Время уже позднее, ты устала...
- Не настолько чтобы спать одной, – сказала, как отрезала женщина, впиваясь поцелуем в губы синеглазого негодника. - В Инверари ночи ты проводишь только в моей спальне, – выдохнула она, прервав поцелуй.
