Покрывающий голову платок, и тот, перекинутый через одно плечо, смотрелся на ней ничуть не менее эффектно, нежели корона.
Вот уж воистину Ирем-султан…
Последнее оценила тут явно не я одна. Валид аль-Алаби замер, переключив своё внимание на гостью. Та была одна.
— Мы с тобой совсем не так договаривались, — продолжила с ноткой недовольства женщина.
Старик в очередной раз злорадно ухмыльнулся и развёл руками, мол уж как получилось. От меня окончательно отвернулся. На моём отце сосредоточился.
Как и она.
— Ты… Это ты... С самого начала… — выдохнул обречённо посол.
Свекровь остановилась аккурат между мужчинами. И тянуть с откровениями не стала.
— Разумеется, я, кто же ещё? — усмехнулась цинично. — После того, как ты помог своей дочери спрятаться, а сам предпочёл свою незавидную участь, Валид сам обратился ко мне. Не так уж и много у тебя других знакомых, имеющих власть и силу откликнуться, чтобы помочь.
Да уж, откликнулась и помогла, ничего не скажешь!
Хотя не это сейчас являлось первостепенным.
— То есть, вы знали? — не удержалась я. — Что он жив?
Всё это время!
Или нет."
"— Не знала, — так и не обернулась в мою сторону. — Поначалу, — внесла поправку в свою речь. — Но во время того, как Валид пояснял, зачем и почему ему вдруг требуется найти твою дочь, он очень красочно описал, как ты скулил и умолял пощадить тебя, предлагая всё, что угодно, вместо месторождения, — обратилась уже к отцу.
— Тогда я и поняла, что он врёт. Ты же, дьявол тебя забери, Демиркан, — практически выплюнула, даром, что не настоящим ядом. — Демиркан не умоляют и не унижаются. Не так ли? — закончила с издевательской насмешкой. — Конечно, я не была уверена, что он и в этом не врёт, поэтому пришлось импровизировать, соглашаться на озвученные условия и заключать сделку. Только твоя дочь могла привести меня к тебе.
Слова не понравились не только моему отцу, чьё лицо исказило досадой, но и самому Валиду.
Он подозрительно прищурился, а рука, сжимающая рукоять плети, сжала предмет до побеления пальцев.
— Что за сделка?
На губах Ирем расцвела снисходительная улыбка, а ответ прозвучал обманчиво-ласково, почти с нежностью:
— Валид обещал мне, что ты умрешь от моей руки. А значит, я смогу увидеть тебя. Живым. Хотя бы однажды.
Лично у меня снова липкий холодок по коже пронёсся.
