Аида
Скорая благополучно покинула место аварии, а следом за ней отправился один из внедорожников. Меня запихнули во второй. Телефон Элиф, отданный мне прежде, благополучно отобрали. Ехали довольно долго. Головная боль стала куда терпимее, после приёма обезболивающего, и я едва не заснула, равнодушно взирая на мелькающий за боковым окном пейзаж.
— Ты удивительно спокойна, — заметил моё состояние Амир.
Пока я делала вид, словно его не существует, он взгляда с меня не сводил, с самого отъезда, явно ожидая того момента, когда моё шоковое состояние меня отпустит и я начну сопротивляться или впаду в истерику.
— Для той, кого похитили? — вяло усмехнулась встречно.
Адреналин после минувших событий с участием Элиф схлынул, и теперь я ощущала скорее усталость, а может это так укол, поставленный парамедиком, на меня действовал.
— И по этому поводу тоже, — неохотно отозвался араб.
И снова я усмехнулась.
— Так говоришь, словно есть и другой.
— А разве нет? — окончательно напрягся Амир.
Моя усмешка стала лишь шире.
— Если ты имеешь в виду мою змею-свекровь, которая истошно желает мне смерти, то это всего лишь повод, из-за которого я ещё с тобой. Не хочу возвращаться на виллу, пока Алихана нет. Тебе я хотя бы точно живой нужна, — заметила вполне себе справедливо, всё-таки обернувшись к нему.
Напрягаться меньше Амир не перестал. Одарил меня очередным пристальным взором, смерив с головы до ног и обратно, задержался на лице, задумчиво разглядывая, словно у меня на физиономии всё остальное, интересующее его, написано.
Не написано. Хотя ему в отсутствии дедукции всё равно не откажешь.
— А-а… — протянул мужчина. — Вот оно что, — вдруг расслабился, вольготно вытянув ноги, развалившись с другой стороны пассажирского сиденья. — Ты надеешься на то, что твой благоверный тебя снова спасёт? — ухмыльнулся ядовито, сам же ответив: — Не спасёт. Зря надеешься. Не в этот раз.
Соглашаться с ним, как и обратное — занятие весьма не обязательное. Но я всё равно ответила.
— Почему бы и нет? Если ты вдруг забыл, мы до сих пор на его территории. Хоть за сотню миль меня увези, это будет всё ещё его страна и его края. Не твои, — нисколько не прониклась фальшивой уверенностью собеседника. — К тому же, чего ты ожидал? Что я буду умолять тебя? Или, пока ты тащишь меня в своё логово, изо всех сил упираться ногами в землю, как маленькая девчонка, утирая сопли, плакать и проситься отпустить меня? — вскинула бровь.
