— Я подумала, что решать, как поступить дальше — твоё право, доченька, — улыбнулась снова женщина, на этот раз с оттенком печали.
Мне стоило ответить ей, но все слова застряли в горле. Даже радость от приезда родного и близкого человека — и та растаяла. Я не собиралась плакать. Но слёзы навернулись на глаза сами собой. Освободившись от чужого прикосновения, я забрала урну, прижала её к груди. В голове замелькало столько всего и сразу, что сходу не определишь — хорошее, или плохое. Просто всё. Сразу. Всё, что связано с тем, благодаря кому я есть.
С тем, кого больше нет.
— Аида? — тихонько позвала нянюшка.
Тронула за плечо, напоминая о реальности, а я часто-часто заморгала, борясь с пеленой на своих глазах.
— Кхм… — послышалось сбоку.
Я не заметила, что она прибыла не одна. Грузный мужчина в чёрном костюме выполз на улицу с тихим кряхтением и одышкой, поправил густые усы и сосредоточился на мне.
— Доброго дня, госпожа Демиркан, — поздоровался.
Я видела его не так уж и часто, пару-тройку раз за всю свою жизнь, общалась — ещё меньше, однако всё равно прекрасно знала, кем он является.
Адвокат, который вёл все дела нашей семьи, по поручению папы. Соответственно, цель его визита тоже вполне понятна. С собой мужчина привёз не одну внушительную папку с документами. Следом за ним в окружении прибавилось ещё несколько персон. Исходя из того, что первыми они поздоровались с Алиханом, эти юристы работали на него. Такой толпой все и устроились в гостиной, в то время, как лично мне больше всего в данный момент хотелось просто остаться в одиночестве.
Разумеется, такой роскоши мне никто не предоставил…
Говорили они много. Перечисляли и перечисляли. Долго. Объясняли что-то, изредка задавали вопросы, на которые вместо меня отвечал Алихан. За последнее я ему особенно благодарна, потому что сама — как в глухом вакууме, едва ли в полной мере была способна общаться и вникать по-настоящему. Всё, на что меня хватало — до судорог в пальцах сжимать керамический сосуд и бесцельно гипнотизировать его, никак не в силах отвернуться.
Урну по итогу попыталась аккуратно отобрать Ясмина.
Я не позволила.
Урну убрали из гостиной вместе со мной.
Алихан подхватил на руки и просто унёс.
В отличие от их монотонной речи, вытянувшиеся в тот момент физиономии адвокатов я запомнила очень хорошо.
— Это неприлично, — заметила, едва мужчина поднялся вместе со мной на первые ступени лестницы."
"— Твоя обувь до сих пор валяется у бассейна. Ты забыла про неё.
