Но я всё равно задал этот идиотский вопрос:
— Что ты делаешь? — подошёл ближе, остановился перед ней, с другой стороны стола.
Всего одна чёртова фотография!
Не так уж и часто они общались.
Хотя, не это являлось сейчас самым главным. Сожги я злополучную фотографию, то бы нисколько не помогло, правда рано или поздно всё равно всплыла бы наружу. Правда, я рассчитывал, что времени у меня до этого момента будет хотя бы немного больше, нежели вышло на самом деле.
Жаль…
— Я так понимаю, ставить меня в известность ты не собирался, — проигнорировала мой вопрос мать, вытаскивая из-под плёнки потрескавшееся изображение, где двое мужчин в окружении целой толпы пожимают друг другу руки.
— Серьёзно, Алихан?
Я так и не сел. Она — тоже поднялась на ноги. Отложила фотографию в сторону, едва уловимо скривившись, а затем смерила меня с головы до ног возмущённым взглядом, сомкнув ладони в кулаки, уперев их в стол, наклонившись ко мне ближе.
— Алихан, — повторила моё имя уже с мрачностью. — Ты мне ничего не сказал, мне пришлось додумывать самостоятельно, это ладно, мне не впервой.
Но… Я только одно не пойму, — снова замолчала. — Ты сошёл с ума?!
В её глазах пылала чистейшая ярость, а сжатые в кулаки пальцы впились в ладони с такой силой, что стали заметны вены. Мысленно чертыхнулся, понимая, что разговор будет долгим, объясниться, как бы то ни было, всё равно придётся.
— Я похож на сумасшедшего, мама? — отреагировал максимально нейтральным тоном.
Уселся в кресло.
— А как ещё это понимать? — продолжала негодовать Шахмаз-старшая.
— Или ты на нарочно? Назло мне сделал? Почему, Алихан? Решил обрушить этот дом мне на голову? — прищурилась гневно. — Я никогда и ни за что не приму в доме ни одного из Демиркан! И уж тем более не буду терпеть его дочь в своём доме! Никогда, слышишь меня, Алихан! Никогда и ни за что! — ударила кулаком об стол.
Устало вздохнул.
— Ты уже её приняла, мама, — заметил с усмешкой. — И не только приняла, но и всему городу об этом сообщила. Сегодня. Поправь, если я ошибаюсь, или это не ты заставила господина прокурора разобраться в ситуации с Метином? — про Элиф так и быть упоминать не стал, ни к чему накалять ситуацию ещё больше.
Ответом мне стал очередной гневный прищур. Женщина презрительно поджала губы, нервным жестом смахнула фотографию со стола, та шлёпнулась на пол.
— Это было до того, как я узнала, что она — дочь моего заклятого врага! — припечатала категорично.
— Врага, который спас жизнь твоему сыну.
