Но нет, он смотрел серьёзно и ласково. А потом во взгляде проскочило что-то такое, что заставило щёки запылать. Глаша быстро опустила глаза и, схватив букетик, плюхнулась на сиденье.
Глава 35
Не обжечься во второй раз
Крайсу не спалось. Стрелки показывали второй час ночи, а он даже не пытался принять горизонтальное положение. Стоял возле окна и смотрел, как луна медленно заползает в облака, а после снова выглядывает из пелены, чтобы осветить лужайку и сонный парк. Но думал не о ночном светиле. Пытался представить, что сейчас делает Глаша.
Спит, укрытая лёгким шёлковым покрывалом? Воображение нарисовало картинку в деталях. Тонкая ткань нежно обволакивает контуры её стройного грациозного тела. Густые волосы, которые обычно собраны в хвост, сейчас распущены и разметались по подушке. Глаза тёплого медового оттенка прикрыты. Полуулыбка сделала чуть заметными трогательные ямочки на щеках. Что ей снится? Может, их поцелуй, воспоминания о котором не дают Крайсу уснуть? От желания оказаться рядом, запустить руки в волосы, коснуться губ, повторить то, что произошло сегодня днём на лесной полянке, потемнело в глазах.
Мучительно-сладкие фантазии полностью завладели воображением.
Пелена спала, только когда Крайс услышал стук в дверь. Два удара, пауза, три удара, пауза, и снова два. Стало понятно, кому ещё не спится после подвижных игр на свежем воздухе – брату. У них с детства была выработана своя система сигналов, чтобы сразу становилось ясно, что пришёл ни отец, ни мама, ни прислуга.
Они были те ещё конспираторы. Даже имена себе придумали другие: Крайс и Бриус. Так звали персонажей любимой книги – двух отважных братьев, путешественников по иным мирам. Во всех своих детских играх-приключениях они только так друг к другу и обращались. Прошла пара десятков лет, и имена пригодились для ещё одной игры.
Брат зашёл, не дожидаясь приглашения. В общем-то, мог даже и не стучаться. Они были близки настолько, что церемонии не имели смысла.
– Не спишь?
– Как видишь.
– Хотел поговорить. Может, прогуляемся?"
"Крайс не стал удивлённо вскидывать бровь и напоминать, который час. Молча отошёл от окна и направился к выходу. Поинтересовался только:
– Верхом?
– Можно.
Через пятнадцать минут они уже скакали на зебрах по заснувшему парку к воротам. Стоило выбраться за пределы придворцовой территории, пустили своих лошадок бешеным галопом. Ночной ветерок приятно холодил щёки и помогал привести мысли в порядок.
