Меня немного успокоило то, что служанка шла ровно и неторопливо, как будто ее нисколько не смущала необходимость показаться на глаза Гелу.
Может, я действительно не права?
«Только Гел может все это прояснить», — сказала я сама себе. И только в этот момент заметила, что Грета замедлила шаг. И мы… Мы находимся в самой старой части замка. Как-то раз я сюда забрела совершенно случайно, и надо признать, что ничего интересного не обнаружила.
— Вам сюда, квэнни Эйлин. — Она склонила голову и указала на небольшой арочный проем.
— Алвориг Трегерет там.
Шагнув вперед, я коротко распорядилась:
— Не уходи, ты мне понадобишься.
— Как прикажете, — прошелестела служанка и пропустила меня вперед.
А дальше сильный тычок в спину, и я рыбкой влетаю в просторный гулкий зал. Зал, заполненный сотней тысяч крохотных светящихся золотых пылинок!
— Эйлин? Тебе нельзя здесь находиться!
В центре зала стоял мой муж. Он был по пояс обнажен, а на лице цвела золотая вязь метки. Кажется, такой же орнамент я видела на плитах над входом в магистрат.
Основная часть пылинок собралась вокруг него, и я замерла, зачарованно рассматривая его сильные руки, плечи, его широкую грудь и гладкую кожу, по которой скользили золотые отблески.
«Соберись!» — одернула я себя.
— Гел, меня сюда привела служанка. Я хотела…
— В замке нет никого, кроме тебя, Деми и меня, — покачал головой Гел. — Прошу, выйди!"
"— Она может быть снаружи, — предупредила я и поспешно отступила к арке.
Щеки горели огнем. Я внезапно и невероятно остро ощутила себя молодой и влюбленной. Страстно влюбленной!
Отхлестав себя по щекам, я выскочила за арку. Лучше встретиться со шпионкой, чем стать жертвой пошедшего в разнос ритуала!
А в том, что мое прибытие помешало, сомнений не было. Мужская красота Моргелина никогда не была для меня секретом. Но только сегодня я позволила себе так… Так замечтаться.
Прижавшись спиной к арке, я позволила себе еще несколько взглядов на мужа.
И лишь после этого смогла осмотреть совершенно пустой коридор. Так, кто бы ни был этой таинственной служанкой, сейчас этого кого-то здесь нет. Что я могу сделать хорошего и правильного? И нет, подглядывать за мужем не является хорошим или правильным поступком!
А щеки по-прежнему пылали, сердце билось так сильно, что, казалось, вот-вот прорвет грудную клетку!
«Найти дочь и быть рядом с ней, — поняла я. — Tшepp, конечно, бдит.
