Первый раз передал цветы и формальные извинения, после чего был выставлен за порог. Второй раз — якобы случайная встреча. Ты, впрочем, также случайно виделась с послом, не так ли?
Я только кивнула, а она продолжила:
— И третья встреча — она попросила об аудиенции, Гел согласился. В кабинете были я и двое Теней, но Теней, сама понимаешь, никто не видел. Девица старательно отыгрывает бедную-несчастную, которую злая Империя заставила обмануть любимого мужчину. Потому-то, де, она и не вышла за него замуж, хоть он и предлагал.
Не могла на обмане свое счастье строить, ведь никакой ночи любви между ними не было и она все еще невинная девушка. А ребенка она не сама придумала подменить на голема, это все посол, который, вот ведь гад, шпионит в пользу Империи.
— Может, это правда? — с сомнением спросила я.
— Хранитель Мудрости способен распознать ложь, — усмехнулась Арлетт, — и квэнти Таэльри его старательно избегает. Как она говорит — я боюсь его жену и квэнни Меровиг. Но все это я веду к тому, что в народ запущен слух о том, что Хранитель Закона воспылал старыми чувствами к Таэльри, шлет ей цветы, караулит на улице и даже, гад такой, пользуется служебным положением и вызвал бедную девушку на допрос к себе в замок.
Все наизнанку вывернули, сволочи. Вот я и решила все это тебе рассказать, потому что Гел склонен скрывать до последнего, чтобы не волновать тебя.
Медленно кивнув, я улыбнулась.
— Спасибо. Кто предупрежден, тот и вооружен. Готова поспорить, для меня тоже что-нибудь подготовлено.
После разговора Арлетт проводила меня до выхода, сдала с рук на руки Грею и, окинув его долгим взглядом, спросила:
— Вы женаты? С детьми?
— Одинок, квэнти, — с достоинством ответил мужчина.
— Позволите пригласить вас на ужин?
— Ой, — глубокомысленно произнесла она и захлопнула дверь.
— Я настойчивый, — так же глубокомысленно произнес Грей, и пояснил для меня: — Я учился на три курса старше. Следуйте за мной.
Грей пошел вперед, а я в который раз вспомнила тихого и неприметного Дориана, с которым было в разы легче.
Он вел себя так, что я иногда забывала о его присутствии. О Грее же забыть не получалось: он притягивал к себе внимание, указывал, что делать и где стоять, и вообще вел себя довольно странно.
Создавалось впечатление, что нынешняя работа для него непривычна. Но ведь он…
— Мне привычнее координировать бойцов со стороны, — негромко произнес Грей. — Давно не был в поле.
Мы подошли к академическим воротам и, ну надо же, столкнулись с алворигом послом.
