Я жил в десятой, — Гел усмехнулся, — это было интересное время.
Комната оказалась очень уютной. Широкая кровать пряталась за плотными портьерами, а еще в комнате был массивный платяной шкаф, два стула, стол и стоящая на нем лампа.
— Вот. — Гел вытащил из кармана наши уменьшенные чемоданы и вернул и прежний размер. — Пусть Судьба будет милостива к вам и сплетет вашу нить без узлов и петель.
— Спасибо, — звонко ответила Деми.
— Большое спасибо, Гел. — Я присела перед мужчиной в глубоком реверансе. — Без вас мы бы пропали.
— Прекратите. — Он поднял меня. — До встречи, квэнни Эйлин, квэнти Демельза.
Глава 3
На разбор вещей мы потратили целый день. Тогда-то я и поняла, что мое состояние в тот вечер было далеко от нормального. Потому что среди своих платьев (аж трех) я обнаружила две глиняные кружки, две ложки и две тарелки.
И нет, в принципе, разумно взять с собой посуду: денег лишних нет, чтобы сервизами обзаводиться, вот только… Вот только это были те кружки и тарелки, которые я предназначила на выброс — со сколами, с потрескавшейся и потемневшей эмалью.
— Не переживай. — Рядом присела Деми. — Я же с тобой, а ты говорила, что я — солнышко!
— Да, — я обняла дочь и прижалась губами к родной макушке, — ты — солнышко.
— А значит, приношу счастье и здоровье!
— Здоровье?
Деми отстранилась и, приняв забавно-взрослый вид, напомнила:
— Ты же сама говорила, что находиться на солнце полезно. Что детям нужны солнечные лучи и свежий воздух. Значит, солнце приносит здоровье.
— Да, прости, забыла, — улыбнулась я.
— Ничего, ты же уже взрослая, взрослые часто забывают, — покивала моя малышка с важным видом. — Но у тебя есть я. Кстати, когда мы будем шить куклу?
— Вот разберем вещи и посмотрим, — улыбнулась я.
Ничего лишнего не нашлось, и шитье было отложено на дальнюю полку. А я, потратив половину своего резерва, отгладила себе и Деми выходную одежду.
— Малыш, сейчас мы с тобой выйдем наружу. Надо поискать работу для мамы. Тебе нужно будет поиграть в молчанку, ладно?
— Ты опять будешь работать по ночам? — насупилась Деми.
— Вот, — кашлянула я, — об этом и речь. Молчи, пожалуйста, ладно? Ночных работ очень много, и другие люди, взрослые люди, могут подумать… Могут подумать, что я работала на плохой работе.
— Но ты говорила, что все работы хорошие, — удивилась Деми. — Что работать не стыдно.
— Говорила, — вздохнула я. — Но нарушать закон — стыдно. Малыш, просто промолчи, ладно?
Сегодня мы еще не могли пообедать в приюте. На нас попросту не приготовили.
