Тут Арлетт замолчала, нахмурилась и тут же просветлела:
— Это я все к тому веду, что завалы расчетов в исследовательской лаборатории — абсолютно нормальное дело. Наши зельеделы периодически варят по пять разных зелий одновременно. Тут затишье бывает, лишь когда Нольвен в военке дает зельедельческий мастер-класс.
А у меня не сошлись академии.
— В военной академии — зельедельческий мастер-класс?"
"— Ага, — кивнула Арлетт, — видишь ли, у Нольвен и Маэлин очень сложные отношения с обеими целительскими академиями.
Им чего только не подарили и каких только грамот не вручили, но подруги постоянны как в своих симпатиях, так и в антипатиях. Так что самые интересные целительские и зельедельческие мастер-классы проходят именно в военке. Хотя они их называют зельеварческими. Но я считаю, что мы все же не суп варим, а зелья делаем.
— А мне все равно, — чуть рассеянно сообщила я.
Арлетт только посмеялась и, взмахом руки распылив грязную посуду, подхватилась на ноги. Мне оставалось работать только три часа, и… И я все равно взяла оставшиеся папки с собой.
Да, в чем-то я с Арлетт согласна: всегда будет что посчитать. Но конкретно эти папки появились из-за того ужаса, в который меня макнула жизнь. И будет правильно, если я все посчитаю. Я… Я буду чувствовать себя лучше, и значит, это того стоит.
«Тем более, — рассуждала я в конце рабочего дня, — что я не буду делать это в ущерб общению с дочкой. Расскажу Деми сказку, поиграю с ней, поцелую на ночь и пойду сделаю пару расчетов.
Я же не все папки забираю! Только три. Две просчитаю перед сном и одну утром, перед завтраком. И так, по чуть-чуть, все придет в норму».
Забрав папки, я, уже без провожатого, вышла из Академии. И у ступеней столкнулась с Дорианом.
— Квэнни Майрус-Кортован предп…
— Ради Матери-Магии, не надо. Квэнни Эйлин вполне достаточно, — перебила я мужчину.
— Хорошо, квэнни Эйлин. Нам придется пройти до ворот: у меня нет допуска на открытие телепорта на территории Академии.
— Здесь так строго?
— Так было не всегда, — Дориан скупо улыбнулся, — но теперь так.
Мы дошли до ворот, где столкнулись с высоким статным мужчиной, при виде которого Дориан напрягся.
— Алвориг Даррел Кельран, имперский дипломат, — негромко процедил он. — Крайне подозрительная личность.
— Надеюсь, он здесь не по нашу душу, — так же негромко ответила я.
И ошиблась. Увидев нас, мужчина расцвел улыбкой.
— Квэнни Эйлин, это вы?
На какое-то мгновение я испугалась.
