Пуля вошла промеж лопаток в мощную спину крупного и, судя по многочисленным шрамам, матерого пса, прибив того к земле будто гвоздем. Вырванные из груди клочья пуха разлетелись в стороны. Шавки помельче, штурмующие забор через соседние дыры, бросились было врассыпную, но властный рык, раздавшийся почти у Стаса под ногами, моментально привел паникеров в чувство. Стая рванула вперед и пропала из зоны видимости. Внизу, с каждой секундой прибывая, зашуршали по бетонному полу когти. Скоро многоголосый скулеж и рычание заполнили пространство нижнего этажа.
Стас осторожно, держа автомат наготове, подкрался к лестнице и глянул в просвет между ступенями и перекрытием, тут же встретившись глазами с парой собак, неподвижно стоящих внизу с задранными мордами. Как только ствол автомата приподнялся, хвостатые твари метнулись в стороны и исчезли с глаз.
– Заразы, – пробубнил Стас, пятясь назад к стене. – А ну пошли прочь! – крикнул он и для убедительности пальнул в воздух. Грохот выстрела, многократно усиленный эхом, отразился от голых стен и вдарил по ушам оглушительным аккордом.
Внизу снова возникло движение, но быстро прекратилось. Уходить стая не спешила, но и атаковать не решалась. Пока не решалась.
Стас очень пожалел, что не прихватил гранату. Сейчас она была бы как нельзя кстати. Но если бы да кабы разрешить сложившуюся паскудную ситуацию не помогали, а время шло. На часах было уже десять минут четвертого, и это значило, что в Муроме практически наверняка уже забили тревогу.
Не успел Стас об этом подумать, как со стороны дороги на Лазарево зародился слабый гул. Стремительно усиливаясь, он скоро перерос в хорошо различимый рокот трех или четырех двигателей. Машины, судя по всему, проехали через тоннель и двинулись к месту встречи поисковой группы.
– Началось, – прошептал он и вздрогнул от визга, неожиданно раздавшегося снизу.
Визжала, срываясь на жалобный скулеж, одна из собак. Вначале Стас решил, что это какая-то внутренняя грызня, но лихорадочный, с пробуксовкой, скрежет когтей о бетонный пол и быстро удаляющиеся испуганные завывания опровергли эту догадку.
Стая опрометью вылетела из здания и, прошмыгнув через дырявый забор, растворилась в зарослях борщевика.
Собачий визг резко оборвался глухим ударом, хрустнула кость, а еще через пару секунд послышался неприятный влажный треск разрываемой и сдираемой с еще теплого мяса шкуры. Снизу что-то интенсивно зачавкало, перемежая хлюпающие звуки фырканьем и сопением.
