Никогда бы не подумал, что последние ее дни придется со своей недобитой целью коротать. – Он, щурясь, посмотрел на Стаса и снова улыбнулся. – А ловко ты меня подловил тогда в лесу. Молодец. Еще немного, и завершилась бы моя славная история, – указал Коллекционер на дырку в плаще. – Хотя она, так или иначе, все равно скоро подойдет к концу. Да и черт с ней.
– За что тебя взяли? – спросил Стас.
– Ну уж не за тебя, разумеется. – Коллекционер поправил капюшон и уселся на скрипучую железную кровать с голой сеткой.
– И как же ты, стервец, умудрился так ловко?.. Я в тот вечер еле доковылял обратно к южным воротам. Думал, подохну.
– Вижу, обошлось.
– Да, я живучий.
– Так за что взяли-то?
Коллекционер хмыкнул и сплюнул на пол.
– По совокупности заслуг.
– А серьезно если?
– Экий ты любопытный. Охота грустную историю послушать? Ладно, расскажу. После того как ты меня по невероятному стечению обстоятельств зацепил, потащился я обратно к воротам, а оттуда до Дикого. Слыхал про него?
– Краем уха.
Хороший, говорят, человек, достойный.
– У-у! Не то слово. Настоящий джентльмен, блядь, даже лучше. Лет десять уже этого козла знаю, сколько дел с ним вместе провернули – и не сосчитаешь. Думал отлежаться у него пару дней хотя бы, а сука эта продажная взяла да сдала меня безопасникам муромским. Никому нет веры в нашем мире. А с безопасниками я не дружу.
– Что так?
– В свое время заказ получил на одного функционера ихнего с семьей. – Желтые точки под капюшоном мечтательно сузились до мерцающих щелок, и в голосе появились отчетливые ностальгические нотки.
– Отработал славно. Сам, жена, трое сыновей и дочурка. Да-а. – Кончик языка прошелся по тонким губам землистого цвета. – Нежная девчушка была, приятная в общении. – Глухие каркающие смешки снова вылетели из его горла, отражаясь от холодных и влажных стен каземата. – Лет двенадцать ей было. Сладкая-сладкая девочка. Я всадил ей нож в печень и, пока она издыхала, употребил по полной программе.
Ты когда-нибудь такое проделывал, Стас?
– Нет, не доводилось, – ответил тот и почувствовал, как ногти впиваются в ладонь.
– Жаль. Ты многое упустил в этой жизни. – Коллекционер поймал недобрый взгляд собеседника и слегка подался вперед, с заинтересованным видом следя за его реакцией. – Ну что? Что ты так смотришь? Считаешь меня нелюдью? Да?
Разговор, не успев толком завязаться, круто свернул и потек по другому, совершенно нежелательному руслу.
