– Проходи, – буркнул тощий мужичишка в бушлате не по размеру и отскочил в сторону, держа наготове АКСУ.
– Главный где? – срываясь на рычание, спросил Ефим.
– У себя он. Иди давай, здесь нельзя стоять.
– Я с тобой поговорю еще, – потряс Ефим пальцем в сторону мужичишки и тычком ствола направил Стаса вперед по коридору из столбов, соединенных рядами колючки.
Следующая калитка открылась быстро и даже без стука. Видимо, перепалка у ворот всем была достаточно хорошо слышна. Троица вошла в здание, миновала серо-зеленый обшарпанный коридор, свернула направо и замедлила ход возле двери с табличкой «Администрация».
– Стоять. – На плечо подконвойного легла рука и, небрежным движением придав необходимое ускорение, направила его прямо в руки тюремному начальству."
"– Что за?.. – Мужик в зеленом камуфляже вскочил из-за стола, расплескав чай, и уставился на влетевшего в комнату Стаса.
Два конвоира нарисовались следом, чем сразу внесли ясность в картину.
– Принимай постояльца, – без лишних вступлений перешел к делу Ефим.
– Кто это? – раздраженно спросил мужик, стряхивая чай со штанов и кивая на Стаса.
– Бродяга один. Передержать нужно пару дней. Буров распорядился.
– Да? Распорядился? – Мужик отлепил мокрую штанину от ноги и обмахивал ее ладонью, пытаясь просушить. – А куда мне сажать его, он не уточнял? Все камеры забиты.
– Уточнял, – невозмутимо парировал Ефим. – В одиночку.
– Ну ни хрена себе! Может быть, стол мой на улицу вынесем?! Я там работать буду, а здесь одиночку организуем для гастролеров всяких.
– Ладно, – на полном серьезе ответил Ефим и кивнул своему напарнику в сторону стола. – Бери справа, а я слева.
– Стойте! – Мужик оперся руками о нежно любимый предмет интерьера своего рабочего кабинета и возмущенно вытаращил глаза. – Сдурели, что ли? Давайте его в общую запрем. Пару дней – ничего страшного, сидя поспит.
Стас хотел было возразить, но его опередил Ефим:
– У меня четкие указания от Бурова, чтоб задержанный ни с кем из заключенных не общался. Понятно?
– Понятно, понятно.
– Главный задумался, почесывая коротко стриженный затылок. – Слушай, а давай его к смертнику подсадим.
Стас остолбенел, не веря собственным ушам.
– Ты ебанулся, что ли? – логично предположил Ефим.
– А что? – мужик не сдавался. – Уж с кем общаться завсегда можно, так это со смертником. Его через недельку казнить должны. Это же все равно что в пустой одиночке. А? Да ты не переживай, – поспешил мужик успокоить, уловив озабоченное выражение гвардейского лица.
