– Ужасные дела творятся. – Мистер Гарсия разволновался даже больше меня. – Вейв ещё что-нибудь узнал? Какие-нибудь наводки, кого из учеников втянули в криминальные махинации?
Я покачал головой:
– Больше он ничего не слышал – иначе наверняка бы рассказал. Спросите его сами, когда он в следующий раз к нам наведается. – В том, что горбатый кит-оборотень нас ещё навестит, сомнений не было: они с Финни влюбились друг в друга с первого взгляда.
– Пойду расскажу Джеку и Алише – надо разобраться, – сказал мистер Гарсия.
– Может, это просто хвастовство или пустые слухи.
– А что, если они подтвердятся?
На это ни у кого из нас не было ответа.
Борьба за главные роли
– Понаблюдаешь, не замешан ли кто-нибудь в сомнительных делах? – попросил меня мистер Гарсия.
– Хорошо, – пообещал я.
Нам обоим пора было идти на урок. Был четверг, и я изо всех сил старался сосредоточиться на английском и математике. Ненадолго отвлёкшись, я нарисовал плывущих бок о бок дельфина и тигровую акулу и придвинул лист Шари.
Шари просияла.
На меня нахлынуло счастье, и тут словно сквозь туман я услышал голос мистера Гарсии:
– Тьяго, выйди, пожалуйста, к доске и реши это уравнение.
Я подавил стон. С тех пор как мы прогнали мистера Уильямса – лжедиректора школы, которого нам навязала Лидия Леннокс, – мистер Гарсия снова стал нашим самым строгим учителем. Но я хотя бы не выставил себя у доски полным дураком. Финни радовалась, что вызвали не её. Как мы теперь знали, у неё дискалькулия и она избегает всего, что связано с числами.
Как только рог-ракушка возвестил первую перемену, я тут же сходил за телефоном и написал длинное эсэмэс Рокету, моему другу-крысе из Майами.
«Переоборудовать подводную лодку для НАС с Джаспером? Классная идея! – тут же пришёл ответ. – Могу приехать в выходные: у вас в школе мастерская гораздо лучше, чем у меня дома».
«Отлично! – написал я. – Если сможешь приехать в пятницу, попадёшь на нашу вечеринку «Шальная пятница».
Тем временем Джаспер снова превратился в пухлого мальчика: учителя предпочитают видеть нас на уроках в человеческом обличье.
– Что пишешь? – полюбопытствовал он, склонившись над моим дисплеем.
Я знал, что Джаспер уедет на выходные к родителям, и решил сделать ему сюрприз. Если я ничего ему не пообещаю, он хотя бы не будет разочарован, если у нас с Рокетом ничего не получится. Поэтому я быстро сказал: «Да ничего», – и Джаспер, поправив очки, бросил на меня укоризненный взгляд:
– «Ничего» так долго не пишут.
