Ворон нехорошо оскалился — жаль, «его милость» этой гримасы не увидел, поостерегся бы в дальнейшем подобным тоном с теневиком разговаривать — и отступил, временно предоставляя мне свободу действий.
— Замечательно, — обрадовался заказчик, заметив, что я шагнула к нему. И тут же торопливо заговорил: — Я, граф Дуан Ярвуд, подтверждаю, что нанятый мной метаморф по прозвищу Ласка выполнил условия нашего договора. Успешно и в полном объеме… Все, — выдохнул он уже спокойнее. — Теперь произноси заключительные слова, и можно меняться.
Я вскинула брови, перевела взгляд с папаши на дочь, скромно устроившуюся на краешке кресла — спина прямая, руки чинно сложены на коленях, ресницы опущены, — и снова посмотрела на графа.
Произнесла ровно, хотя внутри все кипело от возмущения:
— И это все, что вы намеревались мне сказать? Что ж, в таком случае огорчу вас. Я не закрою договор и не сниму личину до тех пор, пока мы не обговорим сумму полагающейся мне дополнительной компенсации. И не заключим соответствующее соглашение.
— Не беспокойся, будет тебе дополнительная компенсация, — презрительно скривился Дуан. — Мы уже все обсудили с твоим мастером. — Он покосился на Ворона. — Я готов выплатить указанную неустойку, причем в тройном размере. Она с лихвой покроет все неудобства, оплатит дополнительное время, которое ты провела в доме лорда Нейта, и…
— И восстановит потерянную девственность, — продолжила в тон Ярвуду.
Граф поперхнулся и выпучил глаза.
Он надеялся, что я об этом умолчу? Не решусь? Сгорю со стыда? Хотя да, местная девушка точно бы постеснялась обсуждать такой интимный вопрос при посторонних.
Тем более при мужчинах. Закрыла бы договор, и все. А потом что-либо менять было бы уже поздно. Только я, на беду Ярвуда, уроженкой Атроса не являлась и ложной скромностью не страдала.
Алианна невнятно вскрикнула, прикрыла рот ладонью и очаровательно зарделась. Вот она-то точно вела себя как полагается.
— Что?! — бешено взревел Ворон. Отодвинул меня с дороги и одним прыжком оказался возле графа.
— Убью!..
Алианна и тут не подвела: тоненько взвизгнула, испуганно, но негромко. Видимо, не забыла, что в доме, пусть и через две комнаты от нас, находятся люди инквизитора.
Граф отшатнулся, заблеял что-то оправдательное.
А я с невероятным облегчением поняла: о том, что до консуммации брака поддельная новобрачная не сможет покинуть дом светлейшего, мастер точно не подозревал. В отличие от графа.
