Было заметно, что ему очень трудно, но он упрямо пытался набрать высоту — чуть снижался и вновь взлетал.
Я застыла, даже, кажется, дышать перестала. Первый полет, да еще так рано, а я ничем не могу помочь своей девочке.
Вот Рика в очередной раз сорвалась вниз, отчаянно забила крыльями, как яркая диковинная колибри, и тут откуда-то сбоку ей на помощь рванулся ящер покрупнее — темно-фиолетовый, почти черный с металлическим отливом.
Терранс.
Сын аккуратно подставил крыло, поддерживая сестру, и та сразу выровнялась. А вскоре к ним присоединился огромный серебристый дракон, подхватил обоих, уверенно увлекая за собой. Вверх. К солнцу.
Аделис облегченно вздохнула. Подошедший к нам свекор довольно улыбался. А я…
Как завороженная смотрела на мужа и детей — на своих драконов, гордо кружащих там, в бескрайней небесной синеве, и была счастлива.
Просто счастлива, и все.
А еще думала о том, сильно ли они удивятся, если я все-таки к ним присоединюсь? Не сейчас, позже…
Я, конечно, не самый искусный анимаг, но драконица, в которую я превращалась, с годами утратила свою толстопопость, похудела, постройнела, научилась отрываться от земли, даже перелетать с места на место. И я верила, что однажды она обязательно поднимется в небо.
Четыре дракона, парящих над землей. Это будет прекрасное зрелище. Незабываемое.
Небо рассвета, багровое, синее,Тихо плывут облака,Над головою цветное бесчиниеСкрыто в тумане слегка.Глянешь туда и застынешь в безмолвии.Если присмотришься ты,То различишь, как искристые молнииГибкие чертят хвосты.Охра, лазурь, изумрудно-зеленые,В золоте и серебре,Душу открой и увидишь — с драконамиВстретился ты на заре.
Всполохи солнечных бликов слепящиеВ каждой чешуйке горят,Невыразимо прекрасные ящерыПод облаками парят.Крыльев раскрытых изящные контуры,Легок манящий полет,Детских мечтаний и снов горизонтамиНас за собою зовет.Абрисов дивных изгибы волнистыеРежут простор высоты…Если, мой друг, возжелаешь неистово,В небо поднимешься ты![1]"
