— Ты уже сейчас стремишься контролировать каждый мой шаг, звонишь по сто раз на дню и требуешь отчета: с кем я, что делаю, во сколько приду домой. Желательно с точностью до минуты. Пытаешься влиять на выбор подруг, одежды, места для отдыха, изменить взгляды, интересы. Ты не ищешь компромиссы, а навязываешь свою волю, стараясь меня перестроить, прогнуть под себя.
— Разве плохо, что я о тебе забочусь? Ты такая нежная, хрупкая. Мне хочется опекать тебя.
— Твоя чрезмерная опека сковывает по рукам и ногам, давит, мешает дышать.
Я не смогу так жить. — Решительно мотнула головой. — И я не хрупкая. Ты ошибаешься.
— Если все дело только в этом, я попробую… Попробую вести себя иначе.
С тоской взглянула на собеседника."
"Губы упрямо сжаты. Голубые глаза сердито блестят, крылья носа раздуваются. Широкие плечи под стильным пиджаком воинственно расправлены.
Красивый. Умный. Успешный.
Миллионы на моем месте рыдали бы от счастья, как любит повторять подруга Настя.
Угу, сначала от счастья, а потом от безысходности.
Нет уж, не нужно мне такого подарка судьбы. Плавали. Знаем. Он слишком напоминал нашего отца. Так, что порой это пугало.
— Ты не изменишься, Егор. И я не изменюсь. Мы не сможем существовать вместе, только измучим друг друга и очень быстро возненавидим. Ты еще найдешь девушку, которой придется по душе зависимость и именно такой стиль отношений. Но это точно буду не я. Прости.
Я резко дернула руку, вырываясь из захвата, и поспешно нырнула в толпу.
— Ника! Мы не закончили.
Егор все не успокаивался.
Своенравный, напористый, признающий только собственное мнение и не желающий слышать слово «нет». И он еще уверяет, что может измениться? Смешно…
— Позвольте пройти… Разрешите… Я спешу…
Егор и не думал отставать.
Я прибавила скорость, просочилась между двумя парочками, завернула за угол. Взгляд упал на тяжелую бархатную портьеру, загораживавшую какую-то нишу. Недолго думая, юркнула в Крохотный пыльный закуток и затаилась, почти не дыша.
Подожду тут немного, все равно к Яне уже опоздала.
Егор уйдет, тогда можно будет позвонить сестре и договориться о встрече.
Несколько мгновений ожидания, быстрые уверенные шаги за занавеской и раздраженное восклицание совсем рядом:
— Ника! — А потом гораздо тише и злее: — Куда она делась?
Я замерла, боясь шевельнуться. В тесном углублении некуда отступать, а Егор остановился в шаге от меня — нас разделял лишь плотный бархат портьеры.
Негромкое жужжание сотового, и снова отрывистый мужской голос:
— Слушаю.
