— Полагаю, твои пальцы еще не стали плоскими только потому, что ты великолепный танцор.
Правый уголок его рта дернулся в полуулыбке.
— Уверяю тебя, мои бедные ноги оттаптывало не так уж много юных мисс из лондонского общества. — Рука Стивена медленно опустилась на талию партнерши, и они закружились по залу. — Почему ты не танцевала раньше, Энн? — Его взгляд стал скептическим. — Только не говори, что там, где ты живешь, вальс не в чести, — я в это не поверю. Его уже давно не считают скандальным танцем. Даже патронессы «Олмака» его одобрили много лет назад.
Энн покраснела. Десять лет назад, когда она в последний раз танцевала на публике, вальс еще считался неприличным.
— У нас танцуют вальс, но не я.
— Почему?
Не пора ли ему оставить ее в покое? Неужели не видно, что она не желает об этом говорить? Энн отвела глаза и увидела Эви, вальсирующую с Николасом. Ее сердце наполнилось гордостью, и на какое-то время собственные проблемы отступили на второй план. Эви была так красива. Она определенно будет иметь успех.
Энн согласилась бы терпеть любые тревоги и неудобства, лишь бы видеть ее блистающей в лондонских гостиных.
— И все же, почему? — Стивен не желал отступать. — Ты не кривая и не хромая, как раз наоборот. Ты обладаешь естественной грацией. Энн, ты очень красивая женщина и должна была пользоваться бешеной популярностью дома.
Этот мужчина невероятно настойчив!
— Я была удивительно популярна среди хозяек домов. Они всегда рассчитывали, что я буду развлекать гостей старшего возраста.
— Иными словами, ты была обречена нянчиться со стариками? Тебе нравились разговоры по душам с глухими и беззубыми?
— Нет. То есть я хотела сказать «да». — Энн засмеялась. — С тобой трудно разговаривать. Я вовсе не была нянькой. Просто я радовалась возможности помочь и получала удовольствие от бесед со зрелыми членами общества.
— Хм… — Их взгляды встретились. — Но ты так и не ответила на мой вопрос. Почему ты не танцевала? Определенно, ни одна хозяйка дома не могла настаивать, чтобы ты проводила с престарелыми гостями все свое время.
А даже если и так, мужчины не могли этого допустить.
— Дома все знали, что я не танцую.
— Ты танцуешь. И неплохо.
Энн поморщилась:
— Только для того, чтобы избежать неприятного разговора с леди Найтсдейл.
Стивен наклонил голову, соглашаясь с партнершей:
— Да, я тоже почувствовал желание унести ноги. Эмма может вцепиться в человека, как голодный терьер, если только почует запах тайны.
