Если он не изменит свое поведение, то его отец, лорд Грегор, без проблем выиграет процесс, предоставив множество свидетельских показаний о странностях сына.
Таким образом мы быстро покинули гостиную и выскочили в коридор, где было намного тише.
— Ты что себе позволяешь?! — прошипела я и ловко вывернула руку из хватки лорда Бейрила.
Томас не ожидал от меня сопротивления, потому что по инерции пробежал еще несколько шагов, пока не понял, что я освободилась. Стремительно обернулся ко мне и выпалил на одном дыхании:
— Джессика, быстро в библиотеку! Печенью чую, Уолтер в беде!
Н-да, стоит заметить, что этот несчастный орган что у Велдона, что у Томаса весьма чувствительный.
Наверное, из-за постоянных алкогольных возлияний.
Но слова лорда Бейрила взволновали меня настолько, что я тут же поспешила за ним. Уолтер в беде? Но почему? Когда я уходила из библиотеки, он был живым и здоровым!
В несколько гигантских прыжков мы с Томасом преодолели остаток расстояния и ворвались в нужную комнату.
Как и прежде, здесь царил покой и тишина. Правда, под потолком осталась плавать лишь одна тусклая магическая искра, а иллюзорное заклинание огня в камине потухло, видимо, не получив в нужный момент должной энергетической подпитки. Поэтому в помещении царил полумрак. Углы комнаты скрывались в плотной чернильной тьме. И хотя я понимала, что никакое чудовище там при всем желании не спрячется — места не хватит из-за плотно стоящих шкафов, но все равно было как-то жутковато.
А вдруг это какое-нибудь очень хитрое и очень гибкое чудовище?
На первый взгляд библиотека была пуста. Но Томас почему-то не расслабился, а, напротив, весь сжался, словно перед прыжком. Подошел к креслу, стоявшему спинкой к нам, и вполголоса выругался.
Я знала, что мне не стоит подходить. Лучше остаться стоять на прежнем месте. Но ноги сами сделали шаг, потом другой. И я встала около Томаса. Неохотно подняла голову и посмотрела на кресло.
Теперь я стояла так, что высокая спинка не мешала мне увидеть беднягу Уолтера.
Личный секретарь лорда Роберта Гиля словно дремал, устало откинувшись и смежив глаза. Правда, все впечатление от его якобы отдыха портила резная рукоять старинного кинжала, которая торчала из его груди. При этом крови было так мало, что на светлом камзоле расплылось лишь крохотное пятнышко.
— Поразительно точный удар, — задумчиво пробормотал Томас. — Прямо в сердце промеж двух ребер. Потому и крови почти нет.
