Люсьен отвел глаза. — Ты подозревал?
— Я надеялся, что это не так, — осторожно сказал Тамлин. — А сейчас об этом подозревает Рис, и нам неизвестно, что он будет делать с этой информацией.
— Он хочет, чтобы я тренировалась.
Я не была достаточно глупой, чтобы упоминать наши занятия по защите — не сейчас.
— Тренировка привлечет слишком много внимания, — сказал Тамлин. — Тебе не надо тренироваться. Я смогу защитить тебя от всего, что случится.
Однажды случилось так, что он не смог. Когда он был слишком уязвим, и когда он наблюдал, как меня мучали до смерти.
И он ничего не мог сделать, чтобы помешать Амаранте..
Я не позволю сделать этой другой Амаранте. Не позволю королю Хайберна послать своих чудовищ и солдат вредить людям. Навредить мне и моим людям. И сокрушить ту стену, дабы навредить бесчисленному количеству живущих за ней.
— Я могу использовать свои силы против Хайберна.
— Это даже не обсуждается, — сказал Тамлин, — особенно, когда не будет никакой войны против Хайберна.
— Рис сказал, что война неизбежна, и мы сильно пострадаем.
Люсьен сухо сказал:
— А Рис все знает?
— Нет — но… он обеспокоен. Он думает, что я могу стать решающей фигурой в надвигающемся конфликте.
Тамлин сжал пальцы, сдерживая, рвущиеся наружу, когти.
— У тебя нет опыта в битвах и оружии. И даже если бы я начал тренировать тебя прямо сегодня, уйдут годы до того, как ты сможешь продержаться на поле боя среди бессмертных, — он сделал глубокий вдох. — Поэтому несмотря на все то, что он думает, что ты способна, Фейра, я не собираюсь подпускать тебя близко к полю боя.
Особенно, если это означает выставление твоих сил напоказ перед нашими врагами. Ты будешь сражаться с Хайберном на передовой, а за твоей спиной будут враги с улыбающимися лицами.
— Мне все равно..
— А мне нет, — прорычал Тамлин. Люсьен со свистом выдохнул. — Я переживаю, что ты можешь погибнуть, быть ранена, или можешь быть в опасности до конца наших дней. Поэтому не будет никакой тренировки, и все это останется между нами.
— Но Хайберн.
.
Люсьен спокойно вмешался:
— Мои источники уже проверяют это.
Я одарила его умоляющим взглядом.
Люсьен слегка вздохнул и обратился к Тамлину:
— Что если мы будем в тайне тренировать ее..
— Слишком велик риск, слишком много неопределенного, — перечислял Тамлин. — И не будет никакого конфликта с Хайберном, никакой войны.
Я цокнула языком.
— Выдаешь желаемое за действительное.
Люсьен пробормотал что-то наподобие мольбы к Котлу.
Тамлин напрягся.
