Несмотря на то, что Снежинка мне очень приглянулась, мне совсем не нравились такие дорогие подарки, с учетом заявления его величества о моей скорой помолвке. Но и отказаться от лошади было выше моих сил.
Судя по тому, что подарок был ну о-о-очень ценный, Ричард дал свое высочайшее дозволение на то, чтобы я могла покинуть стены дворца, впервые, за эти несколько недель. Уверена, что он то уж точно в курсе, кто может быть тем самым щедрым дарителем. И думается мне, это уже второй его подарок. Первым была та самая гитара.
Хотя… я могу и ошибаться.
— Таврус, что там в приюте? — стоило конюху увести Снежинку, мы с графом неторопливо пошли в сторону дворца.
Мне, конечно было мало того времени, что я провела на свежем воздухе, благодаря моему белоснежному подарку, но рано или поздно стража все равно намекнет на наше возвращение, строго выполняя распоряжение монарха.
— Отчет управляющей я оставил в ваших покоях.
— А если на словах? — нахмурившись, поинтересовалась, замедлив шаг.
Мне нужно было услышать мнение Тавруса.
Есть ли видимые изменения, а не то, что написано на бумаге. Если бы у меня была возможность навестить приют самой…
— Обновили всю мебель, наняли дополнительных воспитателей и преподавателя для старших детей. Ремонт приюта тоже идет… правда медленно…
Но оно и понятно. Приюту придется затянуть пояс на несколько месяцев, прежде, чем они смогут уложиться в сумму выплат.
— Габри просила передать вам огромную благодарность за фрукты. И отчет по ним тоже прилагается.
— А что на счет ткани? — несколько рулонов недорогой, но вполне практичной ткани, которую я присмотрела во время нашего хождения по рынку, и обещала оплатить, с условием, что ее доставят в приюты.
— Все оплатил, как вы и приказали. Товар доставлен в тот же день в оба приюта.
— А информация по «благодетелям» уже есть? — денег было не жаль, мне все одно не на что их тратить, не считая пары бальных нарядов. А вот подозрительное желание помочь приюту некоторых людей, наводило на некоторые нехорошие мысли.
За себя то я знаю, что никаких крамольных мыслей, кроме желания помочь, у меня не было.
— Есть парочка подозрительных личностей… Но с ними уже провели беседу, — хищно усмехнувшись, произнес Таврус.
И теперь я была уверена, что эти самые личности хорошо подумают, прежде, чем решат снова наведаться к детям.
— Спасибо, Таврус. Ты мои глаза и уши, не представляю, как бы я без тебя справлялась, — по-дружески сжала руку мужчины, заметив его неподдельное смущение.
