Если кто против, пусть уходят. Наша помощь будет только в том случае, если они проголосуют за отделение от империи и переход ко мне, — мысли текли потоком, план обретал чёткость. — Что ещё? Найдите нам квартиры, помещения. Переместим туда с тысячу наших — военных и охотников для поддержания порядка. Органы правления, жандармы могут остаться работать под моим руководством. Скоро мы выпустим и опубликуем законы.
— Павел Александрович… — открыл рот Витас, его глаза расширились от удивления. — Поздравляю вас?
— Как-то неуверенно у тебя вышло, — хмыкнул, заметив его растерянность.
— Пока объявляем чрезвычайное положение, а дальше продолжим работу.
Да уж… На коленке я ещё не организовывал город. Ну, всё бывает в первый раз. Как в той поговорке, первый блин комом. Но я не собирался допускать комьев. Как только вернусь с нашей прогулки — новый совет и раздача поручений, а потом… Судя по всему, мне придётся прогуляться в другую страну. Дипломатия требует личного присутствия, особенно когда ставки так высоки.
— Я готов! — повернулся к Казимиру, мысленно готовясь к очередному неприятному путешествию.
И эта собака снова схватила меня, мы взмыли в воздух. Желудок ухнул вниз, ветер засвистел в ушах, земля стремительно уменьшалась под ногами. Буквально несколько минут, и мы уже приближались к серой зоне. Облака мелькали рядом, как клочья ваты, а небо казалось бесконечным."
"Резкое падение. На этот раз без эффектов — никаких световых шоу, никаких магических феерий. Просто быстрый спуск, от которого перехватывает дыхание.
Остановились рядом с границей. Серая пелена колыхалась перед нами, как туман, насыщенный металлической пылью.
Пока летел, мечтал о сне, еде и чём-то ещё. О простых человеческих радостях, которые становились всё более недоступными с каждым днём. Времени стало ещё меньше, а проблем и задач — больше. Что ж, придётся напрячься. Как говорил один из моих учителей, отдыхать будешь в могиле.
— Идём, — шагнул к серой плёнке, ощущая, как она зовёт, притягивает, обещает новые возможности.
— Подожди! — положил руку мне на плечо Казимир, его пальцы впились в мышцы с неожиданной силой.
Повернулся к нему, а мужик напряжён. Кулаки сжаты так, что костяшки побелели, кадык ходит туда-сюда, как поршень. Пот выступил на лбу, несмотря на прохладный воздух. Что-то его серьёзно тревожило.
— Не переживай, — улыбнулся, стараясь разрядить обстановку. — В этой серой зоне спокойно. По крайней мере, относительно спокойно, по меркам таких мест.
