Виновато улыбнувшись, я принял заказ у подоспевшего официанта. И, недолго думая, поддался порыву, наклонившись к столу, цепляя своими пальцами чужую ладонь. Сжал её, согревая светлую кожу и нехотя отпустил, вновь откинувшись на спинку кресла. Как бы мне не хотелось увести беседу в другое, более приятное русло, Ирина права.
Нам просто жизненно необходимо было поговорить. В первую очередь для того, чтобы чётко осознать, что происходит и быть готовыми ко всему.
— Макс? — Ирина забавно сморщила нос, нервным жестом заправив прядку рыжих волос за ухо.
И смущённо пробормотала, сжав в пальцах бокал с водой, не поднимая на меня взгляд. — Да уж… Кажется, я вечность нигде не была просто так… Без детей… Да ещё и на свидании… Отвыкла.
Она тихо фыркнула, явно смеясь над собой, а я нахмурился и машинально потёр переносицу. Кажется, это был камень в мой огород. Даже не камень, а нехилый такой булыжник. Так что, Потапов, делаем мысленную пометку встряхнуть пыль с романтика в собственной душе.
Чтоб, так сказать, вспомнить, что это такое и с чем его едят. А пок…
— Понял, исправлюсь, — я нагло подмигнул зардевшейся супруге (и этот факт всё ещё казался мне чем-то невероятным!), окинув её многообещающим взглядом. И вздохнул, возвращаясь к теме нашего разговора. — Ир, ты же понимаешь, что такое пристальное внимание со стороны органов опеки к тебе и нашим детям… Что оно не просто так возникло?
— Понимаю, — Риш едва заметно сгорбилась, уткнувшись носом в свой стакан с водой.
— Но…
— Три дня назад у меня в офисе побывала одна занятная дамочка, — отпив порядком остывший кофе, я недовольно скривился и поставил кружку обратно на стол. Похоже от американо в ней не было даже кофе, зато цена была как у литра ракетного топлива, не меньше. — Она уверенно заявила, что я отец её нарождённого ребёнка и потребовала жениться на ней в срочном порядке. Весело, пра… Ир?!
Войнова… В смысле, теперь уже Потапова заметно побледнела, глядя на меня широко открытыми глазами.
Кажется, она всерьёз размышляла над тем, чтобы запустить в меня чем-нибудь тяжёлым, но передумала. Только улыбнулась как-то криво и горько, озадаченно потерев бровь?
— Очень… — неловко поёрзав, Ирина снова вздохнула и выдавила из себя тихий, хриплый смешок. — Очень весело, Потапов. Я, правда, надеюсь, ты помнишь, что многожёнство у нас под запретом. И…"
"Тут Ирина затихла, явно пытаясь подобрать слова.
