А он, судя по всему, тоже под вопросом! Ведь с другой стороны раздался голос Вейла:
— Она не выкарабкается?"
"— Нужно было все-таки не есть ей все подряд! — проворчала целительница, не отвечая на вопрос. — Сбросить немного, когда ребеночка решили завести. Все больше шансов было бы, что выживет! А теперь и роды долгие, и кровь… Зачем она, вообще, вставала? Нервная какая-то, лежала бы себе после родов, может, и не случилось бы беды. У Вас ведь уже есть на примете кормилица? В случае, если эликсиры не помогут.
«Что это значит? — в панике подумала я, не в силах открыть глаза.
— В случае, если… я умру? Но что тогда будет с малышами? Вейл не станет щадить чужих детей!»
Я со стоном открыла глаза. Целительница тут же поднесла к моим губам чашку с эликсиром, поддерживая под затылок.
— Пей. Много крови потеряла. Еще один такой раз ты уже не переживешь. Так что хватит вскакивать. Слуги тебе на что?
Я зажмурилась, послушно глотая горький эликсир. Целительницу Вейл привез из одного из северных королевств. Так что и характер у нее был суровый.
От одного взгляда даже медведь испугается и побежит и лекарства пить, и постельный режим в берлоге соблюдать. Привезенная издалека, уже получившая щедрый аванс, целительница церемонилась с — минуточку! — королевой не больше, чем с любой кухаркой. Вейл не защищал.
Как-то Микаэла пожаловалась ему на то, что целительница при ней отвесила пощечину служанке. Всего лишь за то, что она принесла королеве на завтрак ее любимые яйца всмятку, а не сваренные вкрутую. Вейл тогда прошипел, что если бы это могло навредить ей или ребенку, то он сам приказал бы всыпать негоднице плетей на площади.
Микаэла тогда смущенно улыбнулась, думая, как за нее переживают.
…Или за то, появится ли у нашего короля наследник! Похоже, в браке с ней его волновало только это!.. — мрачно подумала я.
Целительница сухо попробовала мой лоб ладонью, после чего сказала:
— Теперь нужен покой. Я оставлю вас.
Я и Вейл остались наедине. Если не считать, конечно, двух малышей, которые мирно спали в своей колыбели.
— Я пришлю няню, чтобы она забрала их, — сухо сказал Вейл. — Тебе нужно отдохнуть.
Преодолевая боль внизу живота, я рванулась по кровати, чтобы отчаянно вцепиться в его рукав. Вейл смерил меня непонимающим взглядом.
— Нет! Оставь их со мной. Я справлюсь! Вдруг они проснутся и начнут плакать… — я оглянулась на малышей, которые и правда завозились, пока еще сонно. — Я нужна им!
Вейл помедлил, но кивнул. Он поправил смятый мной рукав камзола.
