– Уголек.
– Насмешка какая-то. – Дива встала. – Что думаете?
– Ни черта не думается на голодный желудок. – Блаженный скорчил страдальческую гримасу.
– После такого зрелища ты еще о еде думать можешь? – Красимир говорил тихо, его голос дрожал. – Пойду поспрашиваю у местных, что за мальчишки.
Дива заметила, что ладонью он прикрывает темное пятно на штанах. Надо же, колдовство работает. Что к утру от его дружка останется?
Она еще раз осмотрела тела и кивнула: больше искать тут нечего.
Поднявшись из погреба, Дива остановилась и задумалась.
Что делать дальше? Что за тварь это сотворила, они не знают, может статься, что о таком даже в Святом Полку не слышали.
– Поедим и опросим местных, – решила она.
– Красимир же пошел, – напомнил Орел.
– Вряд ли он занимается этим, у него есть дела поважнее."
"Месть сладка. Этот кобель поплатится за то, что ни одной девки не пропускает. Мог ведь дождаться, пока они вернутся домой и она выберет себе нового мужика, но нет, решил унизить ее на глазах у всех.
После ужина отправилась к родителям погибших.
Взять с них нечего – почерневшие от горя старики, потерявшие единственных детей. Все как всегда – ничего не видели, ничего не знают. Крови в комнате не было, значит, мальчишек выкрали, а потом вернули. Или навели на них страшную порчу.
– Враги у вас есть? – Дива огляделась.
– Живем мы не богаче других, – ответил отец. – Нет у нас врагов, никогда не ссорились ни с кем.
– Колдушки водятся у вас? Не робей, мужик, выкладывай. Быть может, ваша повитуха прокляла детей, кто знает?
– Не может быть, – твердо ответил он.
– Да что ты молчишь! – Его жена вытерла слезы и горячо зашептала: – Целительница есть в городе, все к ней ходят, чтобы от хвори лечила да в родах помогала.
– А живет она где?
Получив ответ, Дива попрощалась и покинула дом. Ну, еще одну невесту Зверя за глотку возьмут, неплохо. Чем больше этих тварей попадается на пути, тем меньше их становится.
Добралась до дома целительницы она сама, подмогу звать не стала. Постучала и очень удивилась, когда показавшаяся на пороге женщина поманила ее за собой.
Внутри было тепло, у печи стояла скамейка, на ней сидел Красимир со спущенными штанами. На месте мужского достоинства у него была усохшая плоть. От увиденного захотелось опорожнить желудок, но Дива сумела побороть себя, проглотила ком и спросила:
– Что с ним?
– Колдовство, – заявила женщина. – Коль предмет заговоренный не найдем, отсохнет к утру, и всё.
Дива сжала гвоздь, лежащий в кармане.
