И вы по-прежнему мой босс, — поднимаю взгляд на Воронцова, который бедром опёрся о край моего стола и смотрит на меня волком.
Я всё ещё к нему не переехала. И всё ещё тяну с ответом. Он особо не спрашивает, но по нетерпеливому поведению и пристальным взглядам мужчины вполне можно понять, что он очень ждёт, когда я уже перевезу в его квартиру свои вещи.
— Мы в кабинете одни. К тому же, наши отношения никого не касаются.
— Это не значит, что я хочу их афишировать.
Воронцов снова тяжело вздыхает и качает головой.
— В общем, Инна, прекращай выкать и хотя бы вне работы научись обращаться ко мне просто Глеб.
Потому что в офисе ты первый день после больничного, а до этого на ""ты"" меня только в присутствии мамы называла, так что не нужно валить всё исключительно на субординацию.
Опустив взгляд, я сглатываю и коротко киваю. Спорить с боссом мне по-прежнему не хочется, как и объяснять, почему я упорно продолжаю обращаться к нему на ""вы"". Дело в том, что его имя без отчества звучит как-то уж слишком интимно. И я будто становлюсь не просто помощницей, которая по ошибке в клинике от него забеременела, а настоящей женщиной Воронцова, что вовсе не так.
"
"Ну ладно. Надеюсь, однажды я всё же сумею справиться с тараканами в своей голове. После выходных у матери босса моё отношение к нему в целом довольно сильно изменилось. Её откровение о сыне круто повернуло мои представления о том, какой он человек на самом деле. Теперь я часто замечаю за собой, как невольно наблюдаю за мужчиной, оцениваю его поведение, слова, поступки.
И прикладывая их к тому, что рассказала Ольга Андреевна, всё чаще делаю шокирующий вывод — не такой уж Глеб Викторович и плохой.
— Ладно. Работай. По почте прислал тебе ТЗ, — Воронцов разворачивается и направляется к своему кабинету.
— Когда вы успели?
— С утра. Ещё до того, как заехал за тобой.
Ах да. Перемещаюсь я по городу теперь исключительно с ним. Босса даже мои попытки куда-то поехать на такси раздражают. Я перестала злиться, после того, как узнала про выходки его бывшей.
Какой бы Воронцов сложный и грубый ни был, он действительно хочет детей и боится их потерять. Если ему так будет спокойней, я могу постоянно ездить с ним на машине, так уж и быть.
Когда Воронцов скрывается в кабинете, не закрыв при этом за собой дверь, наверное, чтобы следить за тем, как бы я в обморок опять не свалилась, я включаю компьютер и открываю почту. В офис мы приехали рано, ещё до начала официального рабочего дня, поэтому из сотрудников никого ещё нет.
