ну, в общем, не по животу, а...
— Я в курсе, Александрова, — перебивает и, взяв меня за локоть, заводит в кабинет. — Не переживай, между ног я тебе заглядывать не собираюсь. Обещаю, что смотреть буду только на экран монитора.
Глава 47
Глава 47
Боже, он с ума сошёл. У этого мужчины напрочь размылись все границы. Что значит “буду смотреть только на экран монитора”? Как он себе это представляет вообще?!
— Глеб Викторович, — выдёргиваю локоть из его ладони и пячусь от мужчины на шаг. — Вы... вы из ума выжали! Окончательно!
От злости и возмущения меня трясёт.
Так сильно, что это даже скрыть невозможно. Хотя, я и не пытаюсь. Лёгкие жжёт от быстрого дыхания, как будто воздух в них разогрелся, превратившись в огонь, который мне в данную секунду грудную клетку изнутри выжигает.
— Мало того, что вы и так вот уже третьи сутки распоряжаетесь моей жизнью как вам вздумается! В дом мой пролезли, провели в нём ревизию, улеглись в мою постель, видели меня практически... практически голой! — произнеся эти слова, чувствую, жгучий взрыв в животе и машинально прикладываю к нему руку, чтобы погасить это ощущение.
— Так вам и этого мало! Теперь вы хотите, чтобы я и трусы при вас сняла?! А дальше что? Может вы и обследование сами провести решите? Нет, ну а что?! Вы же у нас любите всё контролировать! Вам же наверняка надо будет лично убедиться, что с вашим ребёнком всё в порядке!
Во время моей тирады Воронцов стоит с каменным, абсолютно ничего не выражающим лицом и, в то время как меня разрывает от эмоций, он просто молча смотрит на меня сверху вниз.
"
"— Закончила? — спрашивает, когда я замолкаю.
Вместо ответа просто поджимаю губы и буравлю босса гневным взглядом.
От непрошибаемости этого мужчины меня колотит. Я очень миролюбивый человек. Меня вообще крайне сложно вывести из себя или разозлить, но это... это уже перебор!
— Нет, я не закончила, — всё-таки не сдерживаюсь, хотя и не собиралась дальше продолжать этот диалог.
— Нет, я не закончила Глеб Викторович! Я ещё вам хотела сказать, что вы... диктатор и тиран! Самый настоящий! Беспринципный человек! Вы... перерождение Сталина!
Выкрикиваю это всё боссу в лицо, высоко задрав голову. От разрывающих грудную клетку эмоций у меня кружится голова и перед глазами плывёт в то время, как Воронцов остаётся хладнокровно спокойным, что бесит меня ещё сильнее.
Вот почему-то именно сейчас мне хочется, чтобы он тоже наорал.
