Бандероль мне пришла, на почте и потребовали удостоверение личности, я паспорт с собой всегда ношу, мало ли чего, – охотно стала рассказывать девушка, – а тут давай в сумке шерудить – и нету!
– Может, в подкладке есть дыра, и он туда провалился?
Катя пожала плечами:
– Уж я не дура, все руками прощупала. Главное, в обед он у меня был, в пятнадцать часов, как миленький на месте лежал, а в семнадцать испарился.
– А в три часа паспорт, значит, все еще находился в сумочке?
Катя заправила за ухо тонкую, светлую прядку волос.
– Да, меня в отдел кадров вызывали. Я работаю в театре уже несколько месяцев, но была на испытательном сроке. А теперь меня в штат оформили. Вот я и ходила все документы подписывать. Там и паспортные данные были нужны.
– Может, там на столе забыли?
– Да нет, Евгения Георгиевна, наш начальник отдела кадров, мигом бы позвонила и отругала, у нее строго, каждая скрепочка на учете. Нет, я его на место пихнула, в карманчик на «молнии», рядом кошелек пристроила и работать стала.
– А сумка где была?
– В гримерке.
– Можно взглянуть на комнату?
– Сколько угодно, – кивнула Катя, – пошли.
По узкому темному коридору девушка довела меня до двери, толкнула ее и сказала:
– Вот, входите.
Я машинально шагнул внутрь и на секунду зажмурился. Безжалостно яркий свет галогеновых ламп больно ударил по глазам, десятки зеркал отражали лучи, делая освещение совершенно невыносимым. Потом меня одолели самые разные запахи: пудры, дезодоранта, духов.
Еще через мгновение я раскрыл веки, обрел способность видеть и снова зажмурился, огромное пространство оказалось набито обнаженными людьми, в основном женщинами.
– Свет глаза режет? – заботливо спросила Катя. – Сейчас привыкнете, первое время я сама шалела, только иначе правильно грим не наложить.
Я замер, ожидая услышать либо девичий визг, либо гневные крики: «Мужчина, уходите прочь! Не видите, что ли, мы голые!», но никто не выражал никакого негодования, до слуха долетали обрывки чужой беседы:
– Сапожки белые, прям улет!
– А он ей велел: ступай на хрен.
– И откуда у Лидки бабло на «мерс»?
– Петя, подай спонжик!
Поняв, что мое появление не вызвало переполоха и в гримерной есть по крайней мере еще один мужчина, я очень осторожно открыл глаза.
Штук десять девушек в разной степени раздетости старательно покрывали личики гримом, несколько юношей, тоже почти обнаженных, занимались тем же самым.
