Конечно, очень удобно сюда поужинать забежать, не самой же у плиты стоять, да и деньги на продукты тратить надо, а ты бесплатно котлеток положишь, сопли вытрешь и еще деньжонок на бедность сунешь, поди, плохо. Сам бы не отказался подобную дуру в подружках иметь.
Ира сначала захлопала глазами, а потом устроила мужу такой скандал, что тот убежал из дома, крикнув на прощанье:
– Фиг с тобой, Арина святая, а я кретин.
Глава 29
Обозлившись на мужа, Ирина тем не менее задумалась над его словами. Арина и впрямь вела себя не всегда понятно: то прибегала каждый день возбужденно-веселая, рассказывала о поисках работы, жаловалась на неприятности со съемщиками и жадно набрасывалась на еду, то исчезала дней на десять, не звонила, не появлялась, словно под землю проваливалась.
По истечении этого срока подруга вновь приплеталась к Ирине, но в каком виде! Бледная, осунувшаяся, похудевшая, немытая…
Когда подобный эпизод случился в первый раз, Ирина забеспокоилась, но Арина мгновенно расставила все на свои места.
– Мигрень у меня, – сказала она Ире, – приступ пять дней длится, потом еще столько же в себя прихожу, жуткая вещь, кстати, из-за болячки работу отыскать трудно, ну какой начальник согласится меня держать, если постоянно бюллетенить буду?
Еще в Арине поражала какая-то смесь истеричности и полного равнодушия.
Она могла начать рыдать при виде сломанного цветка и была способна оттолкнуть в метро женщину с ребенком, чтобы сесть на свободное место. Ира очень хорошо запомнила момент, когда по телевизору показывали последствия очередной авиакатастрофы: поле, покрытое обломками, спасателей, складывающих в пластиковые мешки человеческие останки, потом в кадре возникли лица обезумевших родственников.
И тут Ира не выдержала, слезы градом хлынули у нее по щекам.
– Бедные люди, – прошептала врач, – ну за что им это горе?
– Судьба такая, – абсолютно равнодушно ответила Арина, откусывая пирожок с капустой, – давай, переключись на музыкальный канал, не фиг всякую дрянь смотреть!
Ирина вздохнула, ей-богу, она порой терялась, общаясь с Гофмайстер.
Но потом случилось событие, разом открывшее врачу глаза.
В тот день Арина пришла к подруге в крайне неудобное для Ирины время, около полудня. У доктора был выходной, и она собиралась посвятить его домашним делам, в частности, хотела сварить обед. Поэтому никакой радости при виде Гофмайстер Ира не испытала, но, старательно навесив на лицо улыбку, сказала:
– Входи, хочешь чаю?
Арина медленно сняла уличные туфли.
