Переживают за нас, но не лезут с советами, считают, что мы сами должны разобраться между собой.
— Мы вроде, как все уже выяснили."
"— Мы можем завтра сказать, что передумали. Мы ж передумали? — смотрит на меня пристально, пытается внушить свою позицию пока только взглядом. Поспешно отвожу глаза в сторону, достаю чашки.
Вернуться?
Услышав топот маленьких ножек, оборачиваюсь и ласково улыбаюсь прибежавшей Лизке. Она лезет к Артему, тот ее подхватывает и усаживает на колено, дочка хватает со стола чайную ложку и засовывает ее себе в рот, устремляя на меня бездонные голубые глаза.
— Ну, как тебе у мамы в гостях?
— Ма! — показывает мне ложку, а я млею от ее «ма». Сердце превращается в расплавленный пломбир. Безумно сладко и неповторимо.
Слабо верю, что Лиза меня вспомнила или запомнила с последней встречи, скорей всего ей перед поездкой обо мне стали говорить, показывать мои фотографии и называли «мамой».
Лиза недолго сидит на коленке у Артема, сползает и убегает в комнату.
Я выключаю чайник, достаю из пакета фирменный пирог Алевтины, нарезаю его и ставлю на стол рядом с чашками.
— Драгунов сказал, что ты на работу устроилась? — насмешливо смотрит на меня, скупо улыбаюсь на вопрос, чайник в руке дрогнул.
Значит пасет меня, контролирует каждый мой шаг, знает не только, где я живу, но и где работаю. Артем никогда меня не отпустит, будет держать руку на пульсе и дергать, как умелый кукловод, при помощи дочери. Ради нее я сейчас многое отдам, к сожалению, помощи ждать неоткуда.
— Да. Надо с чего-то начинать.
— Ну, если бы не ювелирка, которую ты сдала в ломбард, не смогла бы позволить себе такие апартаменты. Кстати, я их выкупил обратно, некоторые вещи мне дороги как память. Помнишь рубиновое колье? — глаза вспыхивают, я поспешно сажусь на табуретку, обхватываю руками горячую чашку, внезапно пробивает дрожь. Я знаю значение этого блеска, нужно максимально нейтрально говорить с Артёмом, не показывать свои эмоции, он, как вампир, питался ими.
Помню я это колье. Артему нравилось его рассматривает на мне, когда я лежала перед ним полностью обнаженная, с раздвинутыми ногами. Приказывал себя ласкать, следил за моей рукой с возбужденным блеском в глазах, активно работая своей ладонью у себя на члене в такт моим движениям. Я тогда чувствовала себя униженной, оскорбленной от одного предложения трогать себя на его глазах.
