Няню мы уволили за ненадобность.
Руслан не сторонится Лизы. Если она бежит к нему с какой-то игрушкой, он уделит ей время, поиграет немного, но все без особого энтузиазма. Я пытаюсь с этим смириться, но не получается, мне хочется, чтобы он ее полюбил. Полюбил, как своего ребенка. Умом понимаю невозможность этого добиться, а душа рвется от противоречивых чувств. Вроде и не обижает, но нет того безумного восторга, которого Лиза заслуживает.
— Как меня тошнит от этих неприятных запахов, — возвращается Стелла, Лины с ней нет.
Лиза, увидев, что подружка не вернулась, ерзает на руках. Приходится отпустить дочь.
— Думаю любого бы затошнило, — я достаю вилки, кладу их на поднос к тарелкам.
— Да не в этом дело. Я просто беременна.
— Беременна? У вас же трое… Ой, прости.
— Ничего, — смеется, — Ты, как Эмин. Он тоже, когда узнал, первое, что сумел выдавить, — передразнивает интонацию своего мужа, — «у нас же трое».
— Он не хотел? — не знаю, уместно ли об этом спрашивать, но почему-то мне хочется узнать.
Стелла задумчиво нарезает хлеб.
— Он никогда и не говорил, сколько ему хочется детей. После двух сыновей, попросил только дочь. Знаешь, — на губах мечтательная улыбка, сияющий взгляд, направленный в окно. — Я бы ему рожала и рожала. Вот этих маленьких копий Умаева. Моего ничего нет, так рядом постояла. Кстати, что Руслан говорит по поводу детей? Наверное, молчит, как партизан.
Я вспыхиваю. Как-то не готова делиться личной информацией о себе, о личных отношениях Алиева со мной.
Но если Стелла поделилась, мне тоже стоит немного открыться.
— Мы пока договорились о сыне.
— О, для него это уже прогресс, — смотрит на мою руку, я смущенно прикрываю ее ладошкой. Мне еще самой непривычно считать себя невестой Руслана, постоянно смотрю на кольцо с красивым бриллиантом, не верю, что сказала «да» на его вопрос.
— Красивое кольцо. Алиев не упал лицом в грязь.
— Стелла, — появляется Эмин, я вытягиваюсь по струнке. Карие глаза спокойно скользнули по мне, не задерживаясь.
— Уже пора за стол.
— Пять минут. Нам попозже подойти?
— Нет. Мы с Русланом уже поговорили о своем, так что можете присоединиться к нам, — незаметно прикасается к пояснице Стеллы, легонько ее погладил рукой и все. Это произошло так ненавязчиво, что если бы я не смотрела на пару, не увидела этого жеста. Оставляет нас одних.
— Вы разве по отдельности едите? — вопрос Стеллы по поводу разрешения сесть за стол никак не выходит у меня из головы.
