Его тепло проникает в меня, как что-то живительное, как обезболивающее. Умоляю глазами, он поджимает губы.
— Выпей воды, успокойся. Не садись за руль в таком состоянии. Я пока ничего не могу обещать, мне нужно собрать информацию и проанализировать данные. В любом случае я позвоню. Извини, меня ждут, — он одаривает меня нормальной, поддерживающей улыбкой и убирает руки. Официант бежит к нему с чеком, он кивает головой в сторону мужчины, который его ждал.
беру стакан с водой и отпиваю. Не смотрю на Руслана, но периодически чувствую на себе его взгляд.
Даже через весь зал невозможно игнорировать его энергетику, и не могу понять, хорошая она или плохая, но однозначно сильная.
Вздохнув, встаю из-за стола. Перед тем как покинуть ресторан, поворачиваю голову в сторону Руслана. Он не смотрит на меня, внимательно слушает своего собеседника, задумчиво поглаживая пальцами свои губы. Именно на этом жесте цепляется мой взгляд. Все же губы у него притягательные. Хочешь не хочешь, а смотришь.
Рассердившись на саму себя, поспешно покидаю ресторан.
* * *Дома меня накрывает тоска. Я бесцельно брожу по квартире, игнорируя всего лишь одну комнату: ту самую, где находятся вещи и игрушки Лизы.
Замираю перед дверью, берусь за ручку и утыкаюсь лбом в дверной косяк. Больно… Я знаю, что, как только зайду в комнату, буду умирать, биться в агонии своей безмолвной боли. Убираю руку, чтобы стереть слезы с лица, а затем, как перед прыжком в воду, набираю полные легкие воздуха и захожу в детскую комнату.
Первые минуты внутри меня пустота. Мой мозг пока никак не может сообразить, как реагировать на то, что любимый зайка Лизки небрежно лежит на ее маленьком желтом кресле.
Я не двигаюсь с места, опускаюсь на пол, садясь по-турецки. Нервно кусаю губы, медленно обвожу взглядом светлую комнату. Когда делался ремонт, мне хотелось, чтобы здесь было много цвета, много ярких, радостных красок, было только хорошее настроение.
Артем постоянно говорил, что ко всему можно привыкнуть… Да, к боли, которую причинял, можно привыкнуть, проглотить унижения тоже можно, молчать, когда тебя не спрашивают — в легкую.
Единственное к чему я не смогла привыкнуть — это к страху. За себя. За своего ребенка.
Последнее время муж пристрастился к жесткому сексу. Ему перестало хватать тех ощущений, которые приносила близость с элементами БДСМ.
